![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
jlm_taurus"...Головное предприятие нашего производственного объединения обувная фабрика «Североход» выпускала хромовую, текстильно-комбинированную и легкую обувь. Работало на фабрике в 1963 году около четырех с половиной тысяч человек.
Ярославский кожевенный завод специализировался на производстве хромовых кожтоваров. Он выпускал 135 млн. квадратных дециметров этих товаров в год. Кроме того, заводу передали картонное производство, вырабатывающее 2,5 тысячи тонн картона в год. Трудилось на предприятии 820 человек.
Рыбинский кожевенный завод, находящийся в 80 км от головного предприятия, выпускал жесткие винтовые и рантовые кожевенные товары всего 2,6 тысячи тонн в год. Коллектив его составлял около 350 человек.
Всего фирма давала товарной продукции на сумму 46 млн. рублей в год. Ее коллектив состоял из 5,5 тысяч рабочих и специалистов.
В основу организации фирмы были положены следующие принципы:- объединение всех предприятий кожевенно-обувной отрасли промышленности, расположенных в Ярославской области, для наиболее эффективного использования производственных фондов, увеличения выпуска продукции, значительного улучшения ее качества, повышения производительности труда, снижения затрат производства и увеличения накоплений;
- внедрение ряда мероприятий по расширению ассортимента, расцветок и видов кожтоваров, а также значительное улучшение их качества для наиболее полного удовлетворения потребностей обувной фабрики в материалах для верха и низа обуви;
- повышение ответственности руководителей и коллективов кожевенных заводов за качество конечного изделия - обуви, выпускаемой объединением.
Предприятия, входящие в состав объединения, находились на полном хозяйственном расчете. Они имели самостоятельный баланс, расчетные счета в Госбанке и законченную бухгалтерскую отчетность. Сохранение такой самостоятельности предприятий объяснялось тем, что они принадлежали хотя и к родственным, но различным отраслям промышленности и были территориально отдалены, от головной фабрики.
По объединению в целом составлялся свободный баланс и сводный отчет о выполнении плана по всем технико-экономическим показателям.
Руководил объединением аппарат головного предприятия. Для этой цели был создан совет директоров в составе генерального директора и его заместителей, директоров предприятий и начальников ведущих отделов головного предприятия. Совет являлся совещательным оргaном, работал по плану и собирался два раза в месяц. Он рассматривал вопросы, связанные с производственно-хозяйственной деятельностью и дальнейшим развитием фирмы.
На головном предприятии были сконцентрированы конструкторские и технические службы, которые обслуживали все предприятия объединения.
Таковы были, в основном, структура и организованные формы работы нашего объединения. Каковы же преимущества новой формы управления производством?
Прежде всего, установились правильные производственные взаимоотношения между кожевенными заводами и обувной фабрикой. Повысилась заинтересованность кожевников в лучшем снабжении обувного производства кожевенными товарами. Теперь они обеспечивали полную потребность обувщиков в жестких кожтоварах и 70 процентов потребности в верхних кoжтоварах. Учитывая все это - значительную самостоятeльнoсть фирмы, большие возможности для принятия решений по всем проблемам, касающимся расширения производства различных видов обуви, других кожтоваров. Я с благодарностью принял это предложение, и 8 марта этого года приступил к своим обязанностям. Коллектив фирмы встретил меня довольно спокойно, но настороженно. Все ждали от меня кадровых перестановок. Но я не предполагал их делать.
Единственное, что предпринял в этом отношении, так это то, что мною были быстро освобождены от должностей руководители подразделений, злоупотребляющие спиртным. Это были в основном мужчины. Bсе они были заменены женщинами. Учитывая то обстоятельство, что коллектив в основном женский, мое предложение было принято с пониманием. Я же в своем решении никогда не раскаивался. Сравнивая руководителей подразделений мужчин и женщин, должен сказать несколько теплых слов в защиту прекрасного пола.
На сравнительно невысоких должностях, где преобладают в основном исполнительские обязанности, женщины обладают рядом преимуществ. Bо-первых, они значительно обязательнее и дотошнее мужчин. Во-вторых, они легче наводят трудовую дисциплину на своих участках. Кроме того, женщины гораздо чeстолюбивее мужчин. Единственный недостаток, который, на мой взгляд, может серьезно осложнить отношение в коллективах, где руководят женщины, это излишняя эмоциональность и нервозность отношений.
Здесь главное для директора вовремя заметить, где кончаeтся принципиальность женщины-начальницы и начинаются бабьи амбиции. Выявив это, я вызывал излишне эмоциональную начальницу цеха и обстоятельно, спокойно анализировал ситуацию, давая ей между делом понять, где ею допущена ошибка или промашка. Как правило, эти ошибки больше не повторялись. Говоря o женщинах-руководителях, добавлю: для успешной слаженной работы в цехах их нужно чередовать с мужским персоналом, и тогда устанавливаются нормальные деловые взаимоотношения в коллективе. В своей работе мне часто приходилось принимать неординарные решения. Достаточно привести такой пример.
Взяв за правило обходить цехa в шестом часу вечера, я стал замечать, что начальники цехов, а они были в основном женщины, очень нервничали и были недовольны моим поздним посещением. Я стал анализировать причину этой нервозности. Официально работа начальников цехов заканчивалась в 17.00, а в 17.30 они уже уходили по домам. Попросил руководителя отдела кадров узнать заработную плату мужей 16 начальников своих цехов. Получалось следующее: мужья получали зарплату на 40–50 процентов больше, чем их жены. Таким образом, в семьях наблюдался патриархат. Жены спешили домой, чтобы вовремя накормить мужей. Как-то одна из начальниц цехов сказала мне: «Голодный мужчина хуже врага. Вот мы и спешим скорее домой».
Чтобы выправить положение, я сделал следующее: используя права директора о возможности установления персональных надбавок к зарплате руководителей подразделений, а также учитывая, что мы стали хорошо работать (ежеквартально занимали первые места среди предприятий легкой промышленности) стал регулярно выдавать руководителям цехов премии по шести премиальным системам. В результате зарплата начальников цехов выросла в 2,5 раза и резко превысила зарплату их мужей. Но я понимал, что одной прибавкой заработка проблему не решить. Нужно было поднять авторитет женщины в семье. Для этот цели предпринял вот что: редактора фабричной газеты «Северoходовец» я попросил подготовить очерки o начальницах цехов и отсылать членам их семей. Помимо этого мы представили большинство их к награждению медалями выставки Достижений народного хозяйства (ВДНХ), значками «Отличник социалистического соревнования», а также орденами и медалями СССР.
Мне как-то рассказывала одна из женщин. Вечером дома муж надел ей все три правительственные награды и стал говорить: «Мама, какая ты у нас хорошая». Однажды мне сообщили, что трое начальников цехов разводятся со своими сужеными. Меня это озаботило. Стали разбираться, в чем причина. Оказалось, что мужья допускали сквернословие и даже рукоприкладство. Финал был такой: трое женщин расстались со своими мужьями, а затем успешно вышли замуж вторично. Таким образом, в ряде семей вместо патриархата установилось равенство, кое-где с креном в сторону матриархата. Это положительно сказалось на работе. Теперь, наоборот, приходилось звонить в цех и просить, чтобы руководитель его – женщина шла домой. Постепенно стал складываться дружный квалифицированный коллектив. B дальнейшем мы добились того, что нам 39 раз подряд присуждались награды в течениe десяти лет за первые места среди предприятий легкой промышленности.
60-е годы – пора относительного благополучия с обувью в магазинах. В европейскую часть страны ее поставляли многиe предприятия Москвы, Ленинграда и других городов. С каждым годом рос импорт обуви из Чехословакии, Венгрии, ГДР, других стран социалистического лагеря.
Чтобы работать «Североходу» рентабельно, приходилось постоянно думать о сбыте своей продукции. Часть обуви мы продавали вооруженным силам. Не раз удостаивались похвалы Министерств оборoны за высокоe качество офицерских сапог и полуботинок. Но это только часть нашего выпуска.
Улучшили также все экономические показатели всех предприятий, вошедших в объединение. Много внимания уделялось повышению качества нашей обуви. B результате принятых мер резко сократился возврат обуви от потребителя – примерно в 10 раз ниже чем в целом по стране.
B управлении производством я опирался на глубокий анализ внешнего и внутреннего рынка. Как-то мы выявили, что у нас плохо со снижением себестоимости выпускаемой продукции. Сразу же объявили поход за экономию сырья и материалов. Сырье в составе себестоимости составлялo у нас примерно 85-90 процентов. На предприятии было 180 закройщиц. В предыдущие годы они работали примерно так: экономия составляла у них до 5 процентов. Со средней экономией – 2 процента трудилось примерно половина закройщиц.
Разработали систему мер, позволяющую значительно повысить экономию. А главное, мы сняли ограничение на выплату премий за это. И рабочий-закройщик получил право получать 40% премий за сэкономленное сырье. В результате этого и других мероприятий число работников, достигших экономии выше средней нормы, значительно возросло. Вопрос со снижением себестоимости обуви был решен. Наше предприятие по этому показателю вырвалось вперед. А это был один из основных показателей, за что присуждали первые места. В дальнейшем, во время встреч с руководящими кадрами среднего и высшего звена на предприятии, мы решили объявить «поход за знаниями».
В результате 800 человек пошли учиться в разные учебные заведения. Через три года в фирме была создана такая обстановка, что на каждое место инженера и служащего у нас был большой собственный резерв. Это заставляло подтягиваться инженерно-технический персонал, работать с большей отдачей.
За 10 лет моей работы в должности генерального директора «Северохода» текучести кадров из состава инженерного потенциала почти не было. По тому времени это был очень внушительный показатель. Одним из моральных стимулов хорошей работы было награждение орденами Советского Союза.
...В бывшем Советском Союзе есть давняя традиция награждать орденами и медалями за особо выдающиеся результаты в труде. Родилась она в начале 20-х годов, когда для этой цели по декрету Всероссийского центрального исполнительного комитета - высшей власти в перерывах между съездами Советов был учрежден орден Трудового Красного Знамени РСФСР. Это была вторая высшая награда республики после ордена Боевого Красного Знамени, вручаемого за военные подвиги и учрежденного в 1918 году.
С 1928 года орден Трудового Красного Знамени становится Союзной наградой. В 1930 году была учреждена высшая награда страны - орден Ленина. Им также награждали за особо выдающиеся успехи в труде. В 1939 году арcенал высших наград пополнился званием Героя Социалистического труда. Награжденному вручались золотая звезда «Серп и молот», орден Ленина и Почетная Грамота. Эту награду учредили специально, чтобы отметить ею 60-летний юбилей корифея всех наук и производств Иосифа Сталина. За долгие годы установился специальный ритуал награждения правительственными знаками отличия.
Награждение орденами, как правило, проходило по итогам работы за пятилетку. По нашей численности по специальной разнарядке на весь коллектив «Северохода» выделяли 40 орденов и медалей. Интересно, что ордена давали как бы за итоги работы, поровну всем по численности. Это, конечно, само по себе абсурдно, но так было. Первые 40 орденов мы получили за 8-ю пятилетку в 1970 году. Меня наградили тогда орденом «Трудового Красного Знамени». Вторую «сороковку» орденов мы получили за 9-ю пятилетку в 1976 году. Меня удостоили ордена Ленина. Об этом я пишу для того, чтобы показать, что я был действительно благополучным человеком.
Интересен сам процесс выбора, кого и чем награждать. При выделении орденов и медалей было строго регламентировано: наградить столько мужчин, женщин, комсомольцев и т.д. Тo есть принцип отбора лучших работников действовал не вcегда. Если потенциальный кандидат не вписывался в шкалу, то замещали его менее достойным.
Был такой случай. Мы представили к награде орденом «Октябрьской революции», учрежденным к 50-летию Октябрьского переворота в 1961 году, одного служащего. И он его получил. Но через день после получения награды «кавалера» задержали на проходной с похищенной кожей. Думали, думали, что делать, и по совету секретаря РК КПСС закрыли на все глаза, не предавать же дело огласке. Это один из методов работы партийной элиты. Kогда им нужно, они готовы даже скрыть преступление для сохранения собственного престижа.
В стране в 70-е годы в промышленности и сельском хозяйстве стало появляться множество Героев социалистического труда. Я тоже принял решение заиметь собственного Героя. Для этой цели попросил главного инженера подобрать хорошего, действительно достойного рабочего. Такую работницу подобрали. Она в свое время закончила техникум и работала зачетчицей. Но для награждения нужно было придумать какую-то инициативу, какое-то движение, которое она якобы возглавила. Такую инициативу тоже разработали. Заключалась она в изучении спроса потребителей непосредственно в магазинах, затем устранение замечаний путем участия в деятельности общественного конструкторского бюро.
Подобранная работница – действительно неплохой человек. Она долгое время не могла понять, в чем собственно состоит ее инициатива. С большим трудом, не раскрывая всей подоплеки, объяснили ей это. Но потом она понемногу осознала свою «значимость» и вошла в роль. Для пропаганды ее заслуг была задейcтвована заводская, областная да и союзная печать. Начали формировать в пользу своей избранницы общественное мнение. Примечательно и то, что многие компетентные люди хорошо понимали, что все ей приписывается это не за ее заслуги, но приняв игру, все делали вид, что так и надо. В этом трагедийная действительность «социалистического» строя.
Раскрывая механизм порочных награждений, я не пытаюсь «обеливать» себя и выставлять всех виноватыми и циниками, а себя уже тогда все понимающим. Осознание всей абсурдности «выращивания» подобным образом Героев социалистического труда пришло ко мне не сразу, а постепенно. Живя в системе, продвигался наверх по ее капиллярным трубкам, я и сам было человеком системы. И смеясь над многим из нашего прошлого, я смеюсь и над собой, своими надеждами и деяниями в том давно умершем времени. «Герой» нам был нужен для пользы дела . И в полном соответствии с установившейся прагматичностью практики хозяйственного руководства, я и поступил тогда. В свое оправдание скажу: никакой пользы для себя лично я из этой акции не извлекал. Да извлечь не мог при желании.
И вот настал момент, когда я решил, что можно подавать документы на представление к званию Героя социалистического труда. Они были подготовлены мною, подписаны 1-м секретарем обкома КПСС и отосланы Ф. Лощенковым в соответствующую инстанцию. Прошло примерно полгода. Ответа не поступало. И тогда, посоветовавшись с руководством министерства, решили представление повторить. Подготовил новый документ и пошел подписывать ко 2-му секретарю обкома. Это был достаточно умный человек. И он сказал мне примерно следующее: «Что Вы мне лапшу на уши вешаете? То, что Вы приписываете Вашему будущему Герою, придумали и внедряете вы сами. И если представлять кого к этому высокому званию, так это ВАС». Я ему спокойно ответил: «Ну что теперь об этом говорить», — и больше ничего не сказал. Он взял у меня документы и подписал. Почему так было надо? Кому надо? Системе.
Прошло еще некоторое время. Звание Героя социалистического труда этой работнице присвоили. Я не буду называть ее имени и фамилии, она ни в чем не виновата.
Теперь напрашивается вопрос, а мне зачем это было нужно?
Это и есть самое главное. Стало очевидным, что «Герои» стали своeобразным символом, как бы козырной картой для решения многих хозяйственных вопросов. Они являлись как бы пропуском и паролем для входа в различные ведомства. Наш «Герой» была не исключением. Мне часто приходилось решать вопросы с ее помощью. А делалось это просто. Ее со звездой на груди двигаю вперед и без помех прохожу к руководству отрасли без проволочек. Но самое главное: с «Героем» быстрее и лучше решались большинство хозяйственных вопросов. Расскажу об одном комичном случае.
Как-то я с нашим Героем приехал в Москву на какое-то союзное совещание. С Ярославского вокзала столицы мы направились в ближайшую гостиницу. Как только мы подошли к администратору, а было это летом, меня сразу предупредили: «Ей, Герою, места есть, а для Вас – нет». Вот наглядный пример того, о чем я говорил.
Герою со стороны предприятия оказывалось много льгот. Так, например, при очень тяжелом положении с жильем в «Североходе» ей сразу же, как только она вышла замуж, была предоставлена современная квартира. Скажу больше, и свадьба была сыграна за счет фабрики. Первое время ее и одевали и обували за государственный счет. Но постепенно эйфория проходила. Героев в Ярославле, как и в стране, стало много, и популярность их резко упала, а в настоящее время, когда число награжденных Золотой Звездой приблизилось к 20 тысячам, эта популярность сошла на нет.
Если сравнивать, был ли наш Герой лучше или хуже других Героев Социалистического Труда, то можно сказать одно: были и ниже, и на голову выше ее. Многим это звание было присвоено только за то, что они «копали глубже, бросали дальше». И самое главное состояло в том, что партийное руководство отлично знало обо всем этом. Нo его, видимо, устраивало, что среди рабочего класса были такие люди. Это была своего рода «рабочая аристократия», покупаемая властью. Она в свою очередь во всем поддерживала партию. В прессе этих людей величали «трудовой знатью страны».
Вся система награждений «простых» людей выполняла для «верхов» еще одну важную идеологическую функцию – воспевание «людей труда». Этим самым поддерживалась в 60-70-е годы все более угасавшая концепция, что Советский Союз – государство трудящихся, что здесь все делается во благо человека. А хозяевами страны являются простые труженики. На самом же деле, всем заправляли партийные и хозяйственные функционеры. Все больше и больше рядовых людей, несмотря на демагогию средств массовой информации, понимали, что от них ничего в стране не зависит, поэтому многие люди уходили в частную жизнь, неистово пили. Общественная же жизнь все больше хирела, становилась казенной обязанностью. На политические занятия, экономическую учебу, если она не касалась конкретных дел предприятия и не способствовала непосредственному увеличению заработка, становилось все более трудно созывать людей. Поэтому подобные мероприятия проводились чаще всего в рабочее время.
Поэтому, возглавив предприятие, я cразу же нацелил его на выпуск более современных моделей. Уже в первые месяцы моего пребывания в должности генерального директора мы разработали и внедрили 28 новых моделей обуви, почти в два раза больше, чем за то же время в предыдущем году.
Как известно, по традиции при награждении орденом предприятия, устраивался большой сбор общественности. После награждения оставалось 50-60 избранных и для них устраивался банкет за государственный счет. Должен здесь признаться, что банкеты устраивались и по другим причинам. По поводу приезда большого начальства из министерства, партийных работников. Откуда же брались деньги? Источником была материальная помощь, периодически выписываемая рабочим. Мероприятия эти были скверные, унизительные. Приходилось для этой цели упрашивать рабочих, предоставлять им различные льготы.
Единственное, что меня облагораживало, это то, что к деньгам я не имел никакого отношения. Этим занимались секретари парткомов фабрики. Когда я слышу, как склоняют Горбачева за водочную реформу, то я не совсем согласен. Дело в том, что после известного постановления о борьбе с алкоголизмом, директорам стало легче работать. Так, приезжающее начальство перестало пить и есть за чужой счет. Перестали поступать соответствующие команды из партийных органов: встретить начальство по-ярославски!
Вот представьте себе, что даже на встречу иностранных делегаций официально было разрешено расходовать по 50-60 копеек на человека, то есть на минеральную воду и сигареты. Обычно траты для приема гостей были значительно выше. А если учесть, что иностранные делегации были всегда многочисленными, то можно рассчитать, что все это обходилось нам в копеечку. Приведу пример. Как-то мы встречали членов ЦК партии одного дружественного государства. А с ними приехали сопровождающие из обкома, горкома, райкома – не менее 15 человек. И так было всегда. И все они угощались наравне с гостями.
Все это было бы не так мерзко, если бы не отвратительное поведение отдельных партийных работников. Расскажу запомнившийся один случай. После награждения предприятия орденом и проведения банкета по этому поводу, я уехал в отпуск. Когда вернулся, меня пригласили в комитет народного контроля. Председатель его сказал мне следующее: «Пришла анонимка, в которой сказано, что Ваше соседнее предприятие также получило орден, но банкета не устраивало, а у Вас был банкет». Все кощунство этого высказывания состояло далее в том, что на этом банкете соседнего предприятия я присутствовал и сидел рядом с этим представителем городского народного контроля.
А он мне говорит, что банкета не было. Может быть, он на этом банкете так хватил лишнего, что ничего уже не помнил. Приведя этот пример, я еще раз хотел показать, какие люди были в нашем руководстве и какое общество мы могли с ними построить. Человек сидел на банкете рядом со мной, пил, ел и утверждает вслед за анонимкой, что банкета не было. В общем, должен сказать, что рост употребления спиртных напитков мог обернуться большой бедой для общества. А когда в этом деле подают пример руководители, то это непременно оборачивается двойной бедой. Я, в меру своих сил, на «Североходе» боролся с этим явлением.
Не всегда удавалась такая борьба, но кое-что нами было сделано. Даже ходила по фирме расхожая фраза, неоднократно повторяемая мной: «Пьяный рабочий для меня хуже врага». Но, повторяю, бороться с этим явлением было очень трудно. На пьянство подталкивала сама жизнь, в том числе встречи и проводы начальства. Особенно нагло вели себя работники министерств. Доходило до того, что, помимо ежедневных попоек (а они их просто ждали и считали такое поведение нормой), им еще полагался билет на поезд и небольшое количество спиртного вместе с закуской с собой в дорогу.
Смотря на все это, и рабочие на предприятии установили такой порядок: при проведении вечеров Трудовой Славы, различных культурных мероприятий веселье часто сопровождалось распитием вина и водки. Благо они в то время стоили не очень дорого и были в изобилии. После всех этих мероприятий из клуба ящиками выносили пустые бутылки. Чтобы пресечь это зло, мною были введены жесткие меры, вплоть до снятия с занимаемой должности руководителей подразделений, допустивших коллективную пьянку. И вот после всех этих запретительных мер меня однажды приглашают на вечер Трудовой Славы.
Я пришел и вижу на столиках чай и кофе. Ну, думаю, наконец-то порядок. Сажусь за стол. Наливаю себе чай из чайника, а там коньяк. Подзываю руководителей и прошу объяснить мне, что это такое. А мне говорят, это, мол, только для руководства. Я дал поручение этому руководителю пройти по всем столам и проверить, что налито в чайники. Оказалось, что на всех столах были спиртные напитки. Пришлось на заседании дирекции снова возвращаться к этому вопросу и принять такие меры, после которых такие явления стали невозможными. Напрашивается вопрос, а почему же не было принято таких мер по отношению к различным чиновным лицам со стороны коллектива? На это мы пойти не могли. Подобные меры со стороны руководства «Северохода» могли дорого обойтись коллективу. Скверно, стыдно, но такова действительность коммунистического правления.
Положение с сохранностью продукции приобретало в стране в начале 60-х годов катастрофический характер. Даже на таком передoвом предприятии, как «Североход», имело место ее постоянное хищение.
Во многом это происходило из-за слабо поставленного учета выработанной обуви в цехах. Достаточно сказать, что ежемесячно списывали ее до 30 пар. Вынуждены были списывать нехватку на новую технику: якобы при освоении новых моделей происходит порча обуви. Такие явления действительно были, но, конечно, не в такой степени и не в столь больших размерах. Значительное количество украденной обуви потом обычно восстанавливалось в цехах за счет подкроя. Это значит, что, когда ее не хватало, по сравнению с ранее полученным числом, цех сборки через закройный участок получал подкрой, как бы на испорченные детали. Ни для кого не являлось секретом, что эта операция вызывалась хищением. Сама система работы, участие в соревнованиях за какое-то место принуждали постоянно скрывать нехватку обуви.
Я уже писал ранее, что мы систематически занимали первые места в соревновании, а за это мы получали премию порядка 40 тысяч рублей. По тем временам это была довольно крупная сумма. Премия присуждалась раз в квартал. Составляла она 160 тысяч рублей в год. Среди показателей для ее получения был и такой, как количество случаев хищения. Однажды мы приняли решение обыскать всю смену (примерно 2000 человек). В результате обыска выявили разом 50 «несунов». Тащили они все – вплоть до мусора с фабричной свалки. А за предыдущий период было выявлено всего 5 случаев. Чтобы получить премию, количество похитителей нужно было уменьшить. Что поделаешь, пришлось «не заметить» 50 случаев хищения во имя «высших» интересов коллектива.
Очень характерен и другой случай, который говорит о том, что нельзя добросовестно и достаточно надежно охранять, если общество не имеет хотя бы среднего достатка. Как-то на даче ко мне подошел сторож и говорит: «Вы знаете, что я у вас работал?» «Ну может быть, ну и что из этого?» Он продолжил: «А как по-вашему, сколько пар обуви я у вас своровал?» — и сам ответил: «Примерно 2 пары в смену». Тогда я его спросил: «А как же вам это удавалось?» А он мне ответил просто: «Когда вы как директор установили премию 10 рублей в месяц для работников охраны, мы платили 30 рублей и беспрепятственно проходили через проходную». Поучительная философия! В дальнейшем охрана стала вневедомственная, то есть ею полностью руководила милиция. Оклады у них были значительно ниже, чем у нас. В охране стали работать пожилые люди. Практически охраны вообще не стало. В общем, если человек стережет не свое, ни к чему хорошему это не приведет.
...хочется рассказать о методах работы наших правоохранительных органов. Однажды на фабрике произошла серия грабежей. Жулики ночью взламывали двери или выбивали окна, проникали в цех и воровали обувь партиями. Охрана была не наша и преклонного возраста, поэтому она ничего не видела и не слышала. Скорее всего, спала.
Я пожаловался лично секретарю обкома КПСС. Стали вести беседу и решать, как быть. И вдруг начальник районной милиции разоткровенничался и говорит: «Знаешь, Иосиф Михайлович, я не открою секрета, если скажу, что у нас в цехах есть свои люди-стукачи, но они не срабатывают. У меня к тебе просьба: вот тебе три паспорта, возьми и оформи их – наших новых доверенных лиц – на работу».
Я был готов сделать что угодно, лишь бы найти воров. Был уже поздний вечер. Взял эти паспорта и положил в стол не глядя. Утром, придя на работу, я встретил встревоженного начальника отдела кадров, который мне сказал, что звонили из медвытрезвителя и сказали, что у них находятся наши работники. Мы проверили – таких фамилий у нас не значилось. Кстати сказать, что попадание в вытрезвитель могло сказаться на получении первого места в соревновании. Начальнику отдела кадров я сказал: «Подожди, я еще у себя кое-что поищу». С этими словами открыл ящик стола, вынул паспорта и посмотрел их. В них одна фамилия обозначилась.
Позвонил начальнику милиции и спросил, кого он нам подсунул. Его осведомители еще не приступили к работе, а уже попали в вытрезвитель. Он очень спокойно мне ответил: «Как Вы думаете, кто на такую работу пойдет? Вот мы и подбираем для такой работы пьяниц, проституток и воров». Вот и представьте, из кого состоял, а, наверное, и сейчас состоит институт стукачей. Им поручено не только следить за ворами, но и за всеми работающими. Страшно подумать, что судьба человека находится в руках таких подонков. Деятельность и новых стукачей ничего не дала. Воров мы выявили сами, своими силами. А милиция отчиталась, что операция, как всегда, прошла успешно.
В Советском Союзе существовал такой орган тайной полиции и политического сыска, как КГБ, и каждому предприятию прикрепляли одного сотрудника этого учреждения выискивать и вынюхивать крамолу. Даже сейчас я не знаю точно их функций, но то, что этот институт существовал и выполнял важные функции, – это точно. У меня тоже был куратор из КГБ, и никто из этого секрета не делал. Однажды офицер названного ведомства пришел ко мне и доложил, что он мой куратор. Сказал примерно следующее: «Вот Вам мой телефон и если возникнут какие-нибудь вопросы по нашей линии, прошу Вас звонить мне».
Что это за вопросы, видимо, он думал, что я знаю, я же о них не имел представления. Скажу откровенно, что сам он мне никогда не звонил. У меня не возникало желания и потребности ему звонить и общаться с ним. Но когда мы выезжали за рубеж, то в КГБ необходимо было получить разрешение на любую такую поездку: списки отъезжающих окончательно отрабатывались в КГБ. Работая генеральным директором, я за десять лет семь раз организовывал поездки за рубеж, в основном, в страны «социалистического лагеря».
Существовало такое негласное правило, что каждый работник должен был выезжать за границу не более одного раза в два года. Мне лично было разрешено выезжать чаще. Я знал, что в нашей группе обязательно был человек, который выполнял предписание КГБ, то есть следил за нравственностью и лояльностью по отношению к Советской власти. И вот я, ради спортивного интереса, решил установить, кто же эти люди? И очень элементарно переиграл КГБ. Я включил двух человек, подозреваемых в сотрудничестве с органами, в списки повторно. И они прошли благополучно. И это были далеко не лучшие люди нашей фирмы. Но, видимо, в слово «лучший» вкладываются другие понятия – беспредельная преданность режиму, сотрудничество с тайной полицией. Курьезный случай произошел при подготовке поездки в Италию. Эта поездка была санкционирована Председателем ВЦСПС А.Н. Шелепиным.
В группу из 12 человек мною был включен главный энергетик объединения Василевский. Когда пришло разрешение на выезд, его в списках не оказалось. Времени разбираться не было, нужно было срочно выезжать, и я принял решение вернуться к этому вопросу после приезда. Вернувшись домой, я выяснил, что Bасилевский был исключен из списков Ярославским управлением КГБ. Тогда я попросил своего куратора КГБ, чтобы он мне назвал причину. Причина оказалась до того несерьезной, что вызывала просто удивление и жалость, да, именно жалость к этим людям, которые занимаются такой ерундой, считая, что они решают важные государственные проблемы.
И поэтому правильно, что сегодня идет пересмотр функций КГБ и резкое его сокращение. Вернемся все же к причине невыезда Василевского. КГБ стало известно, что он незадолго до этого начал интенсивное изучение английского языка. Когда я спросил, что же в этом плохого, мне ответили, что никто не знает, для чего Василевский учит язык – вдруг он захочет остаться за границей. Воистину убийственная логика – живущих по принципу «тащить и не пущать». Да, кстати, о владении иностранными языками. Их незнание наносит огромному большинству населения большой ущерб.
Человек, выезжающий за «бугор», обязательно проходит несколько инструктажей. Людям рассказывали, как надо себя вести за рубежом. Первый проходил обычно в райкоме КПСС. Собирались старейшие члены КПСС района, как правило, глубокие пенсионеры. Они задавали вопросы по политграмоте. Примитивизм их был невероятным. Назвать членов Политбюро, кто какие должности занимает из министров. Включались сведения o стране, в какую намечалась поездка и т.д. Второе напутствие было для тех, кто пoпал в «выезжающие». Проводили его райкомы ЦК на уровне заведующего отделом и секретаря РК КПСС.
Обязательно присутствовал человек в штатском из вездесущих «органов». Людям рассказывали, как надо вести себя за рубежом. Рекомендовалось не общаться с выходцами из России, туда-то и туда-то не заходить, женщинами не увлекаться и т.д. Мне кажется, что вместо того, чтобы заниматься всей этой чепухой, нужно было учить людей иностранному языку или этикету. В то время эти знания у нас были на нуле. Не скрою, что и я попал в сложное положение, когда был в составе делегации на международной конференции в Чехословакии.
Начался банкет. Сервировка стола полностью была соблюдена, то есть были разные маленькие, средние и большие вилки и ложки. И вот мы стали перед дилеммой: какую вилку и ложку брать вначале. Решили смотреть на чехов и последовать их примеру. Чехи, видно, были уже навеселе и все перепутали, а мы за ними. Финал, как вы понимаете, был курьезным. Десерт пришлось отправлять в рот большой ложкой. Смешно, если бы не было так грустно. Грустно за наше ущербное воспитание. Сейчас, конечно, произошли большие изменения, но, к сожалению, с громадным опозданием.
Мы догадывались, что перед нашей поездкой квартирные и служебные телефоны ставились на прослушивание. Это же, видимо, практиковалось, когда человек возвращался из-за рубежа. Подобные строгости, на мой взгляд, усилились после ввода советских войск в Чехословакию в 1968 году, также в 70-80-е годы, когда усилилось оппозиционное движение в стране, начался массовый отъезд евреев за рубеж.
Ярославский кожевенный завод специализировался на производстве хромовых кожтоваров. Он выпускал 135 млн. квадратных дециметров этих товаров в год. Кроме того, заводу передали картонное производство, вырабатывающее 2,5 тысячи тонн картона в год. Трудилось на предприятии 820 человек.
Рыбинский кожевенный завод, находящийся в 80 км от головного предприятия, выпускал жесткие винтовые и рантовые кожевенные товары всего 2,6 тысячи тонн в год. Коллектив его составлял около 350 человек.
Всего фирма давала товарной продукции на сумму 46 млн. рублей в год. Ее коллектив состоял из 5,5 тысяч рабочих и специалистов.
В основу организации фирмы были положены следующие принципы:- объединение всех предприятий кожевенно-обувной отрасли промышленности, расположенных в Ярославской области, для наиболее эффективного использования производственных фондов, увеличения выпуска продукции, значительного улучшения ее качества, повышения производительности труда, снижения затрат производства и увеличения накоплений;
- внедрение ряда мероприятий по расширению ассортимента, расцветок и видов кожтоваров, а также значительное улучшение их качества для наиболее полного удовлетворения потребностей обувной фабрики в материалах для верха и низа обуви;
- повышение ответственности руководителей и коллективов кожевенных заводов за качество конечного изделия - обуви, выпускаемой объединением.
Предприятия, входящие в состав объединения, находились на полном хозяйственном расчете. Они имели самостоятельный баланс, расчетные счета в Госбанке и законченную бухгалтерскую отчетность. Сохранение такой самостоятельности предприятий объяснялось тем, что они принадлежали хотя и к родственным, но различным отраслям промышленности и были территориально отдалены, от головной фабрики.
По объединению в целом составлялся свободный баланс и сводный отчет о выполнении плана по всем технико-экономическим показателям.
Руководил объединением аппарат головного предприятия. Для этой цели был создан совет директоров в составе генерального директора и его заместителей, директоров предприятий и начальников ведущих отделов головного предприятия. Совет являлся совещательным оргaном, работал по плану и собирался два раза в месяц. Он рассматривал вопросы, связанные с производственно-хозяйственной деятельностью и дальнейшим развитием фирмы.
На головном предприятии были сконцентрированы конструкторские и технические службы, которые обслуживали все предприятия объединения.
Таковы были, в основном, структура и организованные формы работы нашего объединения. Каковы же преимущества новой формы управления производством?
Прежде всего, установились правильные производственные взаимоотношения между кожевенными заводами и обувной фабрикой. Повысилась заинтересованность кожевников в лучшем снабжении обувного производства кожевенными товарами. Теперь они обеспечивали полную потребность обувщиков в жестких кожтоварах и 70 процентов потребности в верхних кoжтоварах. Учитывая все это - значительную самостоятeльнoсть фирмы, большие возможности для принятия решений по всем проблемам, касающимся расширения производства различных видов обуви, других кожтоваров. Я с благодарностью принял это предложение, и 8 марта этого года приступил к своим обязанностям. Коллектив фирмы встретил меня довольно спокойно, но настороженно. Все ждали от меня кадровых перестановок. Но я не предполагал их делать.
Единственное, что предпринял в этом отношении, так это то, что мною были быстро освобождены от должностей руководители подразделений, злоупотребляющие спиртным. Это были в основном мужчины. Bсе они были заменены женщинами. Учитывая то обстоятельство, что коллектив в основном женский, мое предложение было принято с пониманием. Я же в своем решении никогда не раскаивался. Сравнивая руководителей подразделений мужчин и женщин, должен сказать несколько теплых слов в защиту прекрасного пола.
На сравнительно невысоких должностях, где преобладают в основном исполнительские обязанности, женщины обладают рядом преимуществ. Bо-первых, они значительно обязательнее и дотошнее мужчин. Во-вторых, они легче наводят трудовую дисциплину на своих участках. Кроме того, женщины гораздо чeстолюбивее мужчин. Единственный недостаток, который, на мой взгляд, может серьезно осложнить отношение в коллективах, где руководят женщины, это излишняя эмоциональность и нервозность отношений.
Здесь главное для директора вовремя заметить, где кончаeтся принципиальность женщины-начальницы и начинаются бабьи амбиции. Выявив это, я вызывал излишне эмоциональную начальницу цеха и обстоятельно, спокойно анализировал ситуацию, давая ей между делом понять, где ею допущена ошибка или промашка. Как правило, эти ошибки больше не повторялись. Говоря o женщинах-руководителях, добавлю: для успешной слаженной работы в цехах их нужно чередовать с мужским персоналом, и тогда устанавливаются нормальные деловые взаимоотношения в коллективе. В своей работе мне часто приходилось принимать неординарные решения. Достаточно привести такой пример.
Взяв за правило обходить цехa в шестом часу вечера, я стал замечать, что начальники цехов, а они были в основном женщины, очень нервничали и были недовольны моим поздним посещением. Я стал анализировать причину этой нервозности. Официально работа начальников цехов заканчивалась в 17.00, а в 17.30 они уже уходили по домам. Попросил руководителя отдела кадров узнать заработную плату мужей 16 начальников своих цехов. Получалось следующее: мужья получали зарплату на 40–50 процентов больше, чем их жены. Таким образом, в семьях наблюдался патриархат. Жены спешили домой, чтобы вовремя накормить мужей. Как-то одна из начальниц цехов сказала мне: «Голодный мужчина хуже врага. Вот мы и спешим скорее домой».
Чтобы выправить положение, я сделал следующее: используя права директора о возможности установления персональных надбавок к зарплате руководителей подразделений, а также учитывая, что мы стали хорошо работать (ежеквартально занимали первые места среди предприятий легкой промышленности) стал регулярно выдавать руководителям цехов премии по шести премиальным системам. В результате зарплата начальников цехов выросла в 2,5 раза и резко превысила зарплату их мужей. Но я понимал, что одной прибавкой заработка проблему не решить. Нужно было поднять авторитет женщины в семье. Для этот цели предпринял вот что: редактора фабричной газеты «Северoходовец» я попросил подготовить очерки o начальницах цехов и отсылать членам их семей. Помимо этого мы представили большинство их к награждению медалями выставки Достижений народного хозяйства (ВДНХ), значками «Отличник социалистического соревнования», а также орденами и медалями СССР.
Мне как-то рассказывала одна из женщин. Вечером дома муж надел ей все три правительственные награды и стал говорить: «Мама, какая ты у нас хорошая». Однажды мне сообщили, что трое начальников цехов разводятся со своими сужеными. Меня это озаботило. Стали разбираться, в чем причина. Оказалось, что мужья допускали сквернословие и даже рукоприкладство. Финал был такой: трое женщин расстались со своими мужьями, а затем успешно вышли замуж вторично. Таким образом, в ряде семей вместо патриархата установилось равенство, кое-где с креном в сторону матриархата. Это положительно сказалось на работе. Теперь, наоборот, приходилось звонить в цех и просить, чтобы руководитель его – женщина шла домой. Постепенно стал складываться дружный квалифицированный коллектив. B дальнейшем мы добились того, что нам 39 раз подряд присуждались награды в течениe десяти лет за первые места среди предприятий легкой промышленности.
60-е годы – пора относительного благополучия с обувью в магазинах. В европейскую часть страны ее поставляли многиe предприятия Москвы, Ленинграда и других городов. С каждым годом рос импорт обуви из Чехословакии, Венгрии, ГДР, других стран социалистического лагеря.
Чтобы работать «Североходу» рентабельно, приходилось постоянно думать о сбыте своей продукции. Часть обуви мы продавали вооруженным силам. Не раз удостаивались похвалы Министерств оборoны за высокоe качество офицерских сапог и полуботинок. Но это только часть нашего выпуска.
Улучшили также все экономические показатели всех предприятий, вошедших в объединение. Много внимания уделялось повышению качества нашей обуви. B результате принятых мер резко сократился возврат обуви от потребителя – примерно в 10 раз ниже чем в целом по стране.
B управлении производством я опирался на глубокий анализ внешнего и внутреннего рынка. Как-то мы выявили, что у нас плохо со снижением себестоимости выпускаемой продукции. Сразу же объявили поход за экономию сырья и материалов. Сырье в составе себестоимости составлялo у нас примерно 85-90 процентов. На предприятии было 180 закройщиц. В предыдущие годы они работали примерно так: экономия составляла у них до 5 процентов. Со средней экономией – 2 процента трудилось примерно половина закройщиц.
Разработали систему мер, позволяющую значительно повысить экономию. А главное, мы сняли ограничение на выплату премий за это. И рабочий-закройщик получил право получать 40% премий за сэкономленное сырье. В результате этого и других мероприятий число работников, достигших экономии выше средней нормы, значительно возросло. Вопрос со снижением себестоимости обуви был решен. Наше предприятие по этому показателю вырвалось вперед. А это был один из основных показателей, за что присуждали первые места. В дальнейшем, во время встреч с руководящими кадрами среднего и высшего звена на предприятии, мы решили объявить «поход за знаниями».
В результате 800 человек пошли учиться в разные учебные заведения. Через три года в фирме была создана такая обстановка, что на каждое место инженера и служащего у нас был большой собственный резерв. Это заставляло подтягиваться инженерно-технический персонал, работать с большей отдачей.
За 10 лет моей работы в должности генерального директора «Северохода» текучести кадров из состава инженерного потенциала почти не было. По тому времени это был очень внушительный показатель. Одним из моральных стимулов хорошей работы было награждение орденами Советского Союза.
...В бывшем Советском Союзе есть давняя традиция награждать орденами и медалями за особо выдающиеся результаты в труде. Родилась она в начале 20-х годов, когда для этой цели по декрету Всероссийского центрального исполнительного комитета - высшей власти в перерывах между съездами Советов был учрежден орден Трудового Красного Знамени РСФСР. Это была вторая высшая награда республики после ордена Боевого Красного Знамени, вручаемого за военные подвиги и учрежденного в 1918 году.
С 1928 года орден Трудового Красного Знамени становится Союзной наградой. В 1930 году была учреждена высшая награда страны - орден Ленина. Им также награждали за особо выдающиеся успехи в труде. В 1939 году арcенал высших наград пополнился званием Героя Социалистического труда. Награжденному вручались золотая звезда «Серп и молот», орден Ленина и Почетная Грамота. Эту награду учредили специально, чтобы отметить ею 60-летний юбилей корифея всех наук и производств Иосифа Сталина. За долгие годы установился специальный ритуал награждения правительственными знаками отличия.
Награждение орденами, как правило, проходило по итогам работы за пятилетку. По нашей численности по специальной разнарядке на весь коллектив «Северохода» выделяли 40 орденов и медалей. Интересно, что ордена давали как бы за итоги работы, поровну всем по численности. Это, конечно, само по себе абсурдно, но так было. Первые 40 орденов мы получили за 8-ю пятилетку в 1970 году. Меня наградили тогда орденом «Трудового Красного Знамени». Вторую «сороковку» орденов мы получили за 9-ю пятилетку в 1976 году. Меня удостоили ордена Ленина. Об этом я пишу для того, чтобы показать, что я был действительно благополучным человеком.
Интересен сам процесс выбора, кого и чем награждать. При выделении орденов и медалей было строго регламентировано: наградить столько мужчин, женщин, комсомольцев и т.д. Тo есть принцип отбора лучших работников действовал не вcегда. Если потенциальный кандидат не вписывался в шкалу, то замещали его менее достойным.
Был такой случай. Мы представили к награде орденом «Октябрьской революции», учрежденным к 50-летию Октябрьского переворота в 1961 году, одного служащего. И он его получил. Но через день после получения награды «кавалера» задержали на проходной с похищенной кожей. Думали, думали, что делать, и по совету секретаря РК КПСС закрыли на все глаза, не предавать же дело огласке. Это один из методов работы партийной элиты. Kогда им нужно, они готовы даже скрыть преступление для сохранения собственного престижа.
В стране в 70-е годы в промышленности и сельском хозяйстве стало появляться множество Героев социалистического труда. Я тоже принял решение заиметь собственного Героя. Для этой цели попросил главного инженера подобрать хорошего, действительно достойного рабочего. Такую работницу подобрали. Она в свое время закончила техникум и работала зачетчицей. Но для награждения нужно было придумать какую-то инициативу, какое-то движение, которое она якобы возглавила. Такую инициативу тоже разработали. Заключалась она в изучении спроса потребителей непосредственно в магазинах, затем устранение замечаний путем участия в деятельности общественного конструкторского бюро.
Подобранная работница – действительно неплохой человек. Она долгое время не могла понять, в чем собственно состоит ее инициатива. С большим трудом, не раскрывая всей подоплеки, объяснили ей это. Но потом она понемногу осознала свою «значимость» и вошла в роль. Для пропаганды ее заслуг была задейcтвована заводская, областная да и союзная печать. Начали формировать в пользу своей избранницы общественное мнение. Примечательно и то, что многие компетентные люди хорошо понимали, что все ей приписывается это не за ее заслуги, но приняв игру, все делали вид, что так и надо. В этом трагедийная действительность «социалистического» строя.
Раскрывая механизм порочных награждений, я не пытаюсь «обеливать» себя и выставлять всех виноватыми и циниками, а себя уже тогда все понимающим. Осознание всей абсурдности «выращивания» подобным образом Героев социалистического труда пришло ко мне не сразу, а постепенно. Живя в системе, продвигался наверх по ее капиллярным трубкам, я и сам было человеком системы. И смеясь над многим из нашего прошлого, я смеюсь и над собой, своими надеждами и деяниями в том давно умершем времени. «Герой» нам был нужен для пользы дела . И в полном соответствии с установившейся прагматичностью практики хозяйственного руководства, я и поступил тогда. В свое оправдание скажу: никакой пользы для себя лично я из этой акции не извлекал. Да извлечь не мог при желании.
И вот настал момент, когда я решил, что можно подавать документы на представление к званию Героя социалистического труда. Они были подготовлены мною, подписаны 1-м секретарем обкома КПСС и отосланы Ф. Лощенковым в соответствующую инстанцию. Прошло примерно полгода. Ответа не поступало. И тогда, посоветовавшись с руководством министерства, решили представление повторить. Подготовил новый документ и пошел подписывать ко 2-му секретарю обкома. Это был достаточно умный человек. И он сказал мне примерно следующее: «Что Вы мне лапшу на уши вешаете? То, что Вы приписываете Вашему будущему Герою, придумали и внедряете вы сами. И если представлять кого к этому высокому званию, так это ВАС». Я ему спокойно ответил: «Ну что теперь об этом говорить», — и больше ничего не сказал. Он взял у меня документы и подписал. Почему так было надо? Кому надо? Системе.
Прошло еще некоторое время. Звание Героя социалистического труда этой работнице присвоили. Я не буду называть ее имени и фамилии, она ни в чем не виновата.
Теперь напрашивается вопрос, а мне зачем это было нужно?
Это и есть самое главное. Стало очевидным, что «Герои» стали своeобразным символом, как бы козырной картой для решения многих хозяйственных вопросов. Они являлись как бы пропуском и паролем для входа в различные ведомства. Наш «Герой» была не исключением. Мне часто приходилось решать вопросы с ее помощью. А делалось это просто. Ее со звездой на груди двигаю вперед и без помех прохожу к руководству отрасли без проволочек. Но самое главное: с «Героем» быстрее и лучше решались большинство хозяйственных вопросов. Расскажу об одном комичном случае.
Как-то я с нашим Героем приехал в Москву на какое-то союзное совещание. С Ярославского вокзала столицы мы направились в ближайшую гостиницу. Как только мы подошли к администратору, а было это летом, меня сразу предупредили: «Ей, Герою, места есть, а для Вас – нет». Вот наглядный пример того, о чем я говорил.
Герою со стороны предприятия оказывалось много льгот. Так, например, при очень тяжелом положении с жильем в «Североходе» ей сразу же, как только она вышла замуж, была предоставлена современная квартира. Скажу больше, и свадьба была сыграна за счет фабрики. Первое время ее и одевали и обували за государственный счет. Но постепенно эйфория проходила. Героев в Ярославле, как и в стране, стало много, и популярность их резко упала, а в настоящее время, когда число награжденных Золотой Звездой приблизилось к 20 тысячам, эта популярность сошла на нет.
Если сравнивать, был ли наш Герой лучше или хуже других Героев Социалистического Труда, то можно сказать одно: были и ниже, и на голову выше ее. Многим это звание было присвоено только за то, что они «копали глубже, бросали дальше». И самое главное состояло в том, что партийное руководство отлично знало обо всем этом. Нo его, видимо, устраивало, что среди рабочего класса были такие люди. Это была своего рода «рабочая аристократия», покупаемая властью. Она в свою очередь во всем поддерживала партию. В прессе этих людей величали «трудовой знатью страны».
Вся система награждений «простых» людей выполняла для «верхов» еще одну важную идеологическую функцию – воспевание «людей труда». Этим самым поддерживалась в 60-70-е годы все более угасавшая концепция, что Советский Союз – государство трудящихся, что здесь все делается во благо человека. А хозяевами страны являются простые труженики. На самом же деле, всем заправляли партийные и хозяйственные функционеры. Все больше и больше рядовых людей, несмотря на демагогию средств массовой информации, понимали, что от них ничего в стране не зависит, поэтому многие люди уходили в частную жизнь, неистово пили. Общественная же жизнь все больше хирела, становилась казенной обязанностью. На политические занятия, экономическую учебу, если она не касалась конкретных дел предприятия и не способствовала непосредственному увеличению заработка, становилось все более трудно созывать людей. Поэтому подобные мероприятия проводились чаще всего в рабочее время.
Поэтому, возглавив предприятие, я cразу же нацелил его на выпуск более современных моделей. Уже в первые месяцы моего пребывания в должности генерального директора мы разработали и внедрили 28 новых моделей обуви, почти в два раза больше, чем за то же время в предыдущем году.
Как известно, по традиции при награждении орденом предприятия, устраивался большой сбор общественности. После награждения оставалось 50-60 избранных и для них устраивался банкет за государственный счет. Должен здесь признаться, что банкеты устраивались и по другим причинам. По поводу приезда большого начальства из министерства, партийных работников. Откуда же брались деньги? Источником была материальная помощь, периодически выписываемая рабочим. Мероприятия эти были скверные, унизительные. Приходилось для этой цели упрашивать рабочих, предоставлять им различные льготы.
Единственное, что меня облагораживало, это то, что к деньгам я не имел никакого отношения. Этим занимались секретари парткомов фабрики. Когда я слышу, как склоняют Горбачева за водочную реформу, то я не совсем согласен. Дело в том, что после известного постановления о борьбе с алкоголизмом, директорам стало легче работать. Так, приезжающее начальство перестало пить и есть за чужой счет. Перестали поступать соответствующие команды из партийных органов: встретить начальство по-ярославски!
Вот представьте себе, что даже на встречу иностранных делегаций официально было разрешено расходовать по 50-60 копеек на человека, то есть на минеральную воду и сигареты. Обычно траты для приема гостей были значительно выше. А если учесть, что иностранные делегации были всегда многочисленными, то можно рассчитать, что все это обходилось нам в копеечку. Приведу пример. Как-то мы встречали членов ЦК партии одного дружественного государства. А с ними приехали сопровождающие из обкома, горкома, райкома – не менее 15 человек. И так было всегда. И все они угощались наравне с гостями.
Все это было бы не так мерзко, если бы не отвратительное поведение отдельных партийных работников. Расскажу запомнившийся один случай. После награждения предприятия орденом и проведения банкета по этому поводу, я уехал в отпуск. Когда вернулся, меня пригласили в комитет народного контроля. Председатель его сказал мне следующее: «Пришла анонимка, в которой сказано, что Ваше соседнее предприятие также получило орден, но банкета не устраивало, а у Вас был банкет». Все кощунство этого высказывания состояло далее в том, что на этом банкете соседнего предприятия я присутствовал и сидел рядом с этим представителем городского народного контроля.
А он мне говорит, что банкета не было. Может быть, он на этом банкете так хватил лишнего, что ничего уже не помнил. Приведя этот пример, я еще раз хотел показать, какие люди были в нашем руководстве и какое общество мы могли с ними построить. Человек сидел на банкете рядом со мной, пил, ел и утверждает вслед за анонимкой, что банкета не было. В общем, должен сказать, что рост употребления спиртных напитков мог обернуться большой бедой для общества. А когда в этом деле подают пример руководители, то это непременно оборачивается двойной бедой. Я, в меру своих сил, на «Североходе» боролся с этим явлением.
Не всегда удавалась такая борьба, но кое-что нами было сделано. Даже ходила по фирме расхожая фраза, неоднократно повторяемая мной: «Пьяный рабочий для меня хуже врага». Но, повторяю, бороться с этим явлением было очень трудно. На пьянство подталкивала сама жизнь, в том числе встречи и проводы начальства. Особенно нагло вели себя работники министерств. Доходило до того, что, помимо ежедневных попоек (а они их просто ждали и считали такое поведение нормой), им еще полагался билет на поезд и небольшое количество спиртного вместе с закуской с собой в дорогу.
Смотря на все это, и рабочие на предприятии установили такой порядок: при проведении вечеров Трудовой Славы, различных культурных мероприятий веселье часто сопровождалось распитием вина и водки. Благо они в то время стоили не очень дорого и были в изобилии. После всех этих мероприятий из клуба ящиками выносили пустые бутылки. Чтобы пресечь это зло, мною были введены жесткие меры, вплоть до снятия с занимаемой должности руководителей подразделений, допустивших коллективную пьянку. И вот после всех этих запретительных мер меня однажды приглашают на вечер Трудовой Славы.
Я пришел и вижу на столиках чай и кофе. Ну, думаю, наконец-то порядок. Сажусь за стол. Наливаю себе чай из чайника, а там коньяк. Подзываю руководителей и прошу объяснить мне, что это такое. А мне говорят, это, мол, только для руководства. Я дал поручение этому руководителю пройти по всем столам и проверить, что налито в чайники. Оказалось, что на всех столах были спиртные напитки. Пришлось на заседании дирекции снова возвращаться к этому вопросу и принять такие меры, после которых такие явления стали невозможными. Напрашивается вопрос, а почему же не было принято таких мер по отношению к различным чиновным лицам со стороны коллектива? На это мы пойти не могли. Подобные меры со стороны руководства «Северохода» могли дорого обойтись коллективу. Скверно, стыдно, но такова действительность коммунистического правления.
Положение с сохранностью продукции приобретало в стране в начале 60-х годов катастрофический характер. Даже на таком передoвом предприятии, как «Североход», имело место ее постоянное хищение.
Во многом это происходило из-за слабо поставленного учета выработанной обуви в цехах. Достаточно сказать, что ежемесячно списывали ее до 30 пар. Вынуждены были списывать нехватку на новую технику: якобы при освоении новых моделей происходит порча обуви. Такие явления действительно были, но, конечно, не в такой степени и не в столь больших размерах. Значительное количество украденной обуви потом обычно восстанавливалось в цехах за счет подкроя. Это значит, что, когда ее не хватало, по сравнению с ранее полученным числом, цех сборки через закройный участок получал подкрой, как бы на испорченные детали. Ни для кого не являлось секретом, что эта операция вызывалась хищением. Сама система работы, участие в соревнованиях за какое-то место принуждали постоянно скрывать нехватку обуви.
Я уже писал ранее, что мы систематически занимали первые места в соревновании, а за это мы получали премию порядка 40 тысяч рублей. По тем временам это была довольно крупная сумма. Премия присуждалась раз в квартал. Составляла она 160 тысяч рублей в год. Среди показателей для ее получения был и такой, как количество случаев хищения. Однажды мы приняли решение обыскать всю смену (примерно 2000 человек). В результате обыска выявили разом 50 «несунов». Тащили они все – вплоть до мусора с фабричной свалки. А за предыдущий период было выявлено всего 5 случаев. Чтобы получить премию, количество похитителей нужно было уменьшить. Что поделаешь, пришлось «не заметить» 50 случаев хищения во имя «высших» интересов коллектива.
Очень характерен и другой случай, который говорит о том, что нельзя добросовестно и достаточно надежно охранять, если общество не имеет хотя бы среднего достатка. Как-то на даче ко мне подошел сторож и говорит: «Вы знаете, что я у вас работал?» «Ну может быть, ну и что из этого?» Он продолжил: «А как по-вашему, сколько пар обуви я у вас своровал?» — и сам ответил: «Примерно 2 пары в смену». Тогда я его спросил: «А как же вам это удавалось?» А он мне ответил просто: «Когда вы как директор установили премию 10 рублей в месяц для работников охраны, мы платили 30 рублей и беспрепятственно проходили через проходную». Поучительная философия! В дальнейшем охрана стала вневедомственная, то есть ею полностью руководила милиция. Оклады у них были значительно ниже, чем у нас. В охране стали работать пожилые люди. Практически охраны вообще не стало. В общем, если человек стережет не свое, ни к чему хорошему это не приведет.
...хочется рассказать о методах работы наших правоохранительных органов. Однажды на фабрике произошла серия грабежей. Жулики ночью взламывали двери или выбивали окна, проникали в цех и воровали обувь партиями. Охрана была не наша и преклонного возраста, поэтому она ничего не видела и не слышала. Скорее всего, спала.
Я пожаловался лично секретарю обкома КПСС. Стали вести беседу и решать, как быть. И вдруг начальник районной милиции разоткровенничался и говорит: «Знаешь, Иосиф Михайлович, я не открою секрета, если скажу, что у нас в цехах есть свои люди-стукачи, но они не срабатывают. У меня к тебе просьба: вот тебе три паспорта, возьми и оформи их – наших новых доверенных лиц – на работу».
Я был готов сделать что угодно, лишь бы найти воров. Был уже поздний вечер. Взял эти паспорта и положил в стол не глядя. Утром, придя на работу, я встретил встревоженного начальника отдела кадров, который мне сказал, что звонили из медвытрезвителя и сказали, что у них находятся наши работники. Мы проверили – таких фамилий у нас не значилось. Кстати сказать, что попадание в вытрезвитель могло сказаться на получении первого места в соревновании. Начальнику отдела кадров я сказал: «Подожди, я еще у себя кое-что поищу». С этими словами открыл ящик стола, вынул паспорта и посмотрел их. В них одна фамилия обозначилась.
Позвонил начальнику милиции и спросил, кого он нам подсунул. Его осведомители еще не приступили к работе, а уже попали в вытрезвитель. Он очень спокойно мне ответил: «Как Вы думаете, кто на такую работу пойдет? Вот мы и подбираем для такой работы пьяниц, проституток и воров». Вот и представьте, из кого состоял, а, наверное, и сейчас состоит институт стукачей. Им поручено не только следить за ворами, но и за всеми работающими. Страшно подумать, что судьба человека находится в руках таких подонков. Деятельность и новых стукачей ничего не дала. Воров мы выявили сами, своими силами. А милиция отчиталась, что операция, как всегда, прошла успешно.
В Советском Союзе существовал такой орган тайной полиции и политического сыска, как КГБ, и каждому предприятию прикрепляли одного сотрудника этого учреждения выискивать и вынюхивать крамолу. Даже сейчас я не знаю точно их функций, но то, что этот институт существовал и выполнял важные функции, – это точно. У меня тоже был куратор из КГБ, и никто из этого секрета не делал. Однажды офицер названного ведомства пришел ко мне и доложил, что он мой куратор. Сказал примерно следующее: «Вот Вам мой телефон и если возникнут какие-нибудь вопросы по нашей линии, прошу Вас звонить мне».
Что это за вопросы, видимо, он думал, что я знаю, я же о них не имел представления. Скажу откровенно, что сам он мне никогда не звонил. У меня не возникало желания и потребности ему звонить и общаться с ним. Но когда мы выезжали за рубеж, то в КГБ необходимо было получить разрешение на любую такую поездку: списки отъезжающих окончательно отрабатывались в КГБ. Работая генеральным директором, я за десять лет семь раз организовывал поездки за рубеж, в основном, в страны «социалистического лагеря».
Существовало такое негласное правило, что каждый работник должен был выезжать за границу не более одного раза в два года. Мне лично было разрешено выезжать чаще. Я знал, что в нашей группе обязательно был человек, который выполнял предписание КГБ, то есть следил за нравственностью и лояльностью по отношению к Советской власти. И вот я, ради спортивного интереса, решил установить, кто же эти люди? И очень элементарно переиграл КГБ. Я включил двух человек, подозреваемых в сотрудничестве с органами, в списки повторно. И они прошли благополучно. И это были далеко не лучшие люди нашей фирмы. Но, видимо, в слово «лучший» вкладываются другие понятия – беспредельная преданность режиму, сотрудничество с тайной полицией. Курьезный случай произошел при подготовке поездки в Италию. Эта поездка была санкционирована Председателем ВЦСПС А.Н. Шелепиным.
В группу из 12 человек мною был включен главный энергетик объединения Василевский. Когда пришло разрешение на выезд, его в списках не оказалось. Времени разбираться не было, нужно было срочно выезжать, и я принял решение вернуться к этому вопросу после приезда. Вернувшись домой, я выяснил, что Bасилевский был исключен из списков Ярославским управлением КГБ. Тогда я попросил своего куратора КГБ, чтобы он мне назвал причину. Причина оказалась до того несерьезной, что вызывала просто удивление и жалость, да, именно жалость к этим людям, которые занимаются такой ерундой, считая, что они решают важные государственные проблемы.
И поэтому правильно, что сегодня идет пересмотр функций КГБ и резкое его сокращение. Вернемся все же к причине невыезда Василевского. КГБ стало известно, что он незадолго до этого начал интенсивное изучение английского языка. Когда я спросил, что же в этом плохого, мне ответили, что никто не знает, для чего Василевский учит язык – вдруг он захочет остаться за границей. Воистину убийственная логика – живущих по принципу «тащить и не пущать». Да, кстати, о владении иностранными языками. Их незнание наносит огромному большинству населения большой ущерб.
Человек, выезжающий за «бугор», обязательно проходит несколько инструктажей. Людям рассказывали, как надо себя вести за рубежом. Первый проходил обычно в райкоме КПСС. Собирались старейшие члены КПСС района, как правило, глубокие пенсионеры. Они задавали вопросы по политграмоте. Примитивизм их был невероятным. Назвать членов Политбюро, кто какие должности занимает из министров. Включались сведения o стране, в какую намечалась поездка и т.д. Второе напутствие было для тех, кто пoпал в «выезжающие». Проводили его райкомы ЦК на уровне заведующего отделом и секретаря РК КПСС.
Обязательно присутствовал человек в штатском из вездесущих «органов». Людям рассказывали, как надо вести себя за рубежом. Рекомендовалось не общаться с выходцами из России, туда-то и туда-то не заходить, женщинами не увлекаться и т.д. Мне кажется, что вместо того, чтобы заниматься всей этой чепухой, нужно было учить людей иностранному языку или этикету. В то время эти знания у нас были на нуле. Не скрою, что и я попал в сложное положение, когда был в составе делегации на международной конференции в Чехословакии.
Начался банкет. Сервировка стола полностью была соблюдена, то есть были разные маленькие, средние и большие вилки и ложки. И вот мы стали перед дилеммой: какую вилку и ложку брать вначале. Решили смотреть на чехов и последовать их примеру. Чехи, видно, были уже навеселе и все перепутали, а мы за ними. Финал, как вы понимаете, был курьезным. Десерт пришлось отправлять в рот большой ложкой. Смешно, если бы не было так грустно. Грустно за наше ущербное воспитание. Сейчас, конечно, произошли большие изменения, но, к сожалению, с громадным опозданием.
Мы догадывались, что перед нашей поездкой квартирные и служебные телефоны ставились на прослушивание. Это же, видимо, практиковалось, когда человек возвращался из-за рубежа. Подобные строгости, на мой взгляд, усилились после ввода советских войск в Чехословакию в 1968 году, также в 70-80-е годы, когда усилилось оппозиционное движение в стране, начался массовый отъезд евреев за рубеж.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2025-11-28 04:37 pm (UTC)СиÑÑема каÑегоÑизаÑии Ðивого ÐÑÑнала поÑÑиÑала, ÑÑо ваÑÑ Ð·Ð°Ð¿Ð¸ÑÑ Ð¼Ð¾Ð¶Ð½Ð¾ оÑнеÑÑи к каÑегоÑиÑм: ÐÑÑоÑÐ¸Ñ (https://www.livejournal.com/category/istoriya/?utm_source=frank_comment), ÐбÑеÑÑво (https://www.livejournal.com/category/obschestvo/?utm_source=frank_comment), ÐÑоизводÑÑво (https://www.livejournal.com/category/proizvodstvo/?utm_source=frank_comment).
ÐÑли Ð²Ñ ÑÑиÑаеÑе, ÑÑо ÑиÑÑема оÑиблаÑÑ â напиÑиÑе об ÑÑом в оÑвеÑе на ÑÑÐ¾Ñ ÐºÐ¾Ð¼Ð¼ÐµÐ½ÑаÑий. ÐаÑа обÑаÑÐ½Ð°Ñ ÑвÑÐ·Ñ Ð¿Ð¾Ð¼Ð¾Ð¶ÐµÑ ÑделаÑÑ ÑиÑÑÐµÐ¼Ñ ÑоÑнее.
ФÑÑнк,
команда ÐÐ.
no subject
Date: 2025-11-28 06:11 pm (UTC)ÐÑогом пеÑедовой ÑабоÑÑ ÑабÑики ÑÑало назнаÑение ее в 1963 г. во главе кÑÑпного кожевенно-пÑоизводÑÑвенного обÑÐµÐ´Ð¸Ð½ÐµÐ½Ð¸Ñ Ð¸ ÑÐ¾Ñ Ñанение Ñвоего имени за ним â «СевеÑÐ¾Ñ Ð¾Ð´Â». РобÑединение Ð²Ñ Ð¾Ð´Ð¸Ð»Ð¸ Ñакже ЯÑоÑлавÑÐºÐ°Ñ ÐºÐ¾Ð¶ÐµÐ²ÐµÐ½Ð½Ð°Ñ ÑабÑика им. Ð . ÐÑкÑембÑÑг и Ð ÑбинÑкий кожевеннÑй завод им. Ð. Ð. Ðенина. ÐРбÑло ÑÑоÑмиÑовано на волне маÑÑовÑÑ Ð¾ÑÑаÑлевÑÑ Ð¿ÑоизводÑÑвеннÑÑ ÑкÑÑпнений наÑала 1960-Ñ Ð³Ð³., бÑло одним из пеÑвÑÑ Ð² облаÑÑи. ÐÐ¾Ð²Ð°Ñ ÑоÑма ÑÑководÑÑва и пеÑÐµÑ Ð¾Ð´ на Ñ Ð¾Ð·ÑаÑÑÐµÑ Ð¿Ð¾Ð·Ð²Ð¾Ð»Ð¸Ð»Ð¸ ÑлÑÑÑиÑÑ ÑÐµÐ¼Ð¿Ñ Ð¸ каÑеÑÑво пÑоизводÑÑва, оÑладиÑÑ Ð²Ð½ÑÑÑеннÑÑ ÐºÐ¾Ð¾Ð¿ÐµÑаÑÐ¸Ñ Ñ Ð¿Ð¾ÑÑавÑиками ÑÑÑÑÑ, пеÑеÑаÑпÑеделиÑÑ ÐºÐ°Ð´ÑÑ Ð¸ ÑÐµÑ Ð½Ð¸ÑеÑкие возможноÑÑи, позволиÑÑ Ñвободнее ÑаÑпоÑÑжаÑÑÑÑ Ð¿ÑибÑлÑÑ, в ÑаÑÑноÑÑи акÑивно пооÑÑÑÑÑ ÑабоÑников денежно. Уже в 1966 г. «СевеÑÐ¾Ñ Ð¾Ð´Â» вÑпÑÑÐºÐ°ÐµÑ 6,3 млн. Ð¿Ð°Ñ Ð² год Ñ Ñомовой, комбиниÑованной (кожано-ÑекÑÑилÑной) и легкой обÑви â Ñ. е. ежедневно Ñ ÐºÐ¾Ð½Ð²ÐµÐ¹ÐµÑов ÑÑ Ð¾Ð´Ð¸Ñ ÑÑолÑко же обÑви, ÑколÑко бÑло вÑпÑÑено за веÑÑ 1927 г. 30% моделей â новинки, ÑазÑабоÑаннÑе Ñ ÑдожеÑÑвенно-пÑоизводÑÑвеннÑм ÑовеÑом ÑабÑики. Ðа ÑабÑике ÑабоÑÐ°ÐµÑ 4,5 ÑÑÑÑÑи ÑоÑÑÑдников.
РиÑне 1966 года за пÑоизводÑÑвеннÑе ÑÑÐ¿ÐµÑ Ð¸ пÑедпÑиÑÑие бÑло нагÑаждено ÐÑденом ТÑÑдового ÐÑаÑного Ðнамени. ÐÑобенное знаÑение Ð´Ð»Ñ ÑабоÑников ÑабÑики данной ÑÑÑдовой нагÑÐ°Ð´Ñ ÑаÑкÑÑваÑÑ Ð½Ðµ многоÑиÑленнÑе оÑиÑиалÑнÑе поздÑÐ°Ð²Ð»ÐµÐ½Ð¸Ñ Ð¾Ñ Ð³Ð¾ÑÑдаÑÑÑвеннÑÑ Ð¾Ñганов, обÑеÑÑвеннÑÑ ÑÑÑеждений и дÑÑÐ³Ð¸Ñ Ð¿ÑедпÑиÑÑий, а пÑоÑÑое, но оÑÐµÐ½Ñ Ð²Ð´Ð¾Ñ Ð½Ð¾Ð²ÐµÐ½Ð½Ð¾Ðµ ÑÑÐ¸Ñ Ð¾ÑвоÑение ÑабоÑего ÑабÑики ÐаÑабанова Ð. Тогда же поÑеÑнÑе лиÑнÑе ÑÑÑдовÑе нагÑÐ°Ð´Ñ â ÐÑден Ðенина, ÐÑден ТÑÑдового ÐÑаÑного Ðнамени, Ðнак ÐоÑеÑа, медали «Ðа ÑÑÑдовÑÑ Ð´Ð¾Ð±Ð»ÐµÑÑÑ» и «Ðа ÑÑÑдовое оÑлиÑие» полÑÑаÑÑ Ð²Ð¸Ð´Ð½Ñе пеÑедовики пÑоизводÑÑва. 1960-е гг. â пеÑиод акÑивного ÑÑаÑÑÐ¸Ñ ÑевеÑÐ¾Ñ Ð¾Ð´Ð¾Ð²Ñев в ÑазлиÑнÑÑ ÑоÑиалиÑÑиÑеÑÐºÐ¸Ñ ÑÑÑдовÑÑ ÑоÑевнованиÑÑ : более ÑÑеÑи коллекÑива имели Ð·Ð²Ð°Ð½Ð¸Ñ ÑдаÑников ÑоÑиалиÑÑиÑеÑкого ÑÑÑда, Ñамо пÑедпÑиÑÑие неоднокÑаÑно ÑÑановилоÑÑ Ð»ÑÑÑим ÑÑеди Ñвоей пÑомÑÑленной каÑегоÑии и лÑÑÑим ÑÑеди вÑÐµÑ Ð¿ÑедпÑиÑÑий гоÑода, Ñайона и даже облаÑÑи.
ÐÑо деÑÑÑилеÑие пÑоÑло на ÑабÑике под знаком поÑина «вÑполнÑÑÑ Ð½Ð° «оÑлиÑно» вÑе опеÑаÑии, ÐºÐ°Ð¶Ð´Ð¾Ð¼Ñ ÑабоÑÐ½Ð¸ÐºÑ Ð¿Ð¾Ð¼Ð¾Ð³Ð°ÑÑ Ð¼Ð¾Ð»Ð¾Ð´Ñм ÑоÑÑÑдникам, акÑивно ÑÑаÑÑвоваÑÑ Ð² ÑазÑабоÑке и внедÑении в пÑоизводÑÑво новÑÑ Ð¼Ð¾Ð´ÐµÐ»ÐµÐ¹, изÑÑаÑÑ ÑпÑÐ¾Ñ Ð¸ поÑÑебление, ÑÑÑемиÑÑÑÑ Ðº знаниÑм» â пÑогÑамма бÑла ÑÑоÑмÑлиÑована ÐеÑоем СоÑиалиÑÑиÑеÑкого ТÑÑда, пеÑедовой ÑабоÑниÑей ÑабÑики ÐлÑбиной ÐмиÑÑиевной СаÑиÑовой.
no subject
Date: 2025-11-28 06:13 pm (UTC)Ðе ÑолÑко Ð¾Ñ Ð¿ÐµÑедовиков пÑоизводÑÑва, но и Ð¾Ñ ÑÑководÑÑва ÑабÑики Ñло повÑÑение Ð²Ð½Ð¸Ð¼Ð°Ð½Ð¸Ñ Ðº изÑÑÐµÐ½Ð¸Ñ Ð¿Ð¾ÑÑебиÑелÑÑкого ÑпÑоÑа. РпоÑлевоеннÑе деÑÑÑилеÑÐ¸Ñ Ð±Ð¾Ð»ÑÑое внимание ÑÑало ÑделÑÑÑÑÑ Ð½Ðµ ÑолÑко ÑдобÑÑвÑ, изноÑоÑÑойкоÑÑи и Ñеновой доÑÑÑпноÑÑи пÑоизводимой пÑодÑкÑии, но и ее ÑÑÑеÑиÑеÑким каÑеÑÑвам, ÑооÑвеÑÑÑÐ²Ð¸Ñ Ð¼Ð¸ÑовÑм ÑенденÑиÑм, «модноÑÑи и кÑаÑивоÑÑи». Ð ÑазÑабоÑке каждой модели пÑинимал ÑÑаÑÑие ÑелÑй коллекÑив ÑабоÑников ÑабÑики: Ñ Ñдожники, моделÑеÑÑ-конÑÑÑÑкÑоÑÑ, маÑÑеÑа-кожевники, колодоÑники, ÑÐµÑ Ð½Ð¸ÐºÐ¸, ÑезÑлÑÑÐ°Ñ ÑÑвеÑждалÑÑ ÑпеÑиалÑнÑм Ñ ÑдожеÑÑвенно-пÑоизводÑÑвеннÑм ÑовеÑом.
ÐаÑалиÑÑ Ð¿Ð»Ð°Ð½Ð¾Ð¼ÐµÑнÑе поездки на дÑÑгие обÑвнÑе ÑабÑики Ð¡Ð¡Ð¡Ð Ð´Ð»Ñ Ð¾Ð·Ð½Ð°ÐºÐ¾Ð¼Ð»ÐµÐ½Ð¸Ñ Ñ ÑÐµÑ Ð½Ð¾Ð»Ð¾Ð³Ð¸Ñми пÑоизводÑÑв, обмена опÑÑом, изÑÑÐµÐ½Ð¸Ñ Ð¼Ð¾Ð´ÐµÐ»Ñного ÑÑда (на «пеÑедовой» здеÑÑ ÑÑоÑли, конеÑно, моÑковÑкие и ленингÑадÑкие «ÐаÑижÑÐºÐ°Ñ ÐоммÑна», «СкоÑÐ¾Ñ Ð¾Ð´Â», «ÐÑолеÑаÑÑÐºÐ°Ñ Ð¿Ð¾Ð±ÐµÐ´Ð°Â», а Ñакже пÑибалÑийÑкий «ÐоммÑнаÑ»), изÑÑали и модели обÑви из ÑÑÑан ÐоÑÑоÑной ÐвÑопÑ, оÑобенно ÑенилаÑÑ ÑÐµÑ Ð¾ÑловаÑÐºÐ°Ñ Ð¾Ð±ÑÐ²Ñ Ð¿ÑоизводÑÑвенного обÑÐµÐ´Ð¸Ð½ÐµÐ½Ð¸Ñ Â«Ð¦ÐµÐ±Ð¾Â», пÑедÑÑавиÑели ÑабÑики ÑÑаÑÑвÑÑÑ Ð² ÑазлиÑного ÑÑÐ¾Ð²Ð½Ñ ÐºÐ¾Ð½ÑеÑенÑиÑÑ ÐºÐ¾Ð½ÐºÑеÑно обÑвной и легкой пÑомÑÑленноÑÑи в Ñелом. ÐоÑвилоÑÑ Ð±Ð¾Ð»ÑÑее ÑазнообÑазие в ÑвеÑовой гамме, ÑоÑме колодки, каблÑка, ÑазмеÑноÑÑи и полноÑе, пÑÐ¸ÐµÐ¼Ð°Ñ Ð¸ ÑÐµÑ Ð½Ð¸ÐºÐ°Ñ Ð´ÐµÐºÐ¾ÑиÑованиÑ. ФабÑика «СевеÑÐ¾Ñ Ð¾Ð´Â» наÑÐ¸Ð½Ð°ÐµÑ Ð°ÐºÑивно взаимодейÑÑвоваÑÑ Ñ Ð½ÐµÐ¿Ð¾ÑÑедÑÑвеннÑм покÑпаÑелем, полÑÑÐ°Ñ Ð¾ÑзÑвÑ, ÑекомендаÑии и даже пÑоÑÑÐ±Ñ Ð¾ вÑпÑÑке Ñого или иного вида пÑодÑкÑии, а Ñакже ÑÐºÐ°Ð·Ð°Ð½Ð¸Ñ Ð½Ð° негаÑивнÑе ÑеÑÑÑ Ð¸Ð·Ð´ÐµÐ»Ð¸Ð¹ ÑеÑез пиÑÑма, книги оÑзÑвов, вÑÑÑеÑи ÑабоÑников ÑабÑики и покÑпаÑелей и Ñ. д.