jlm_taurus | Шувалов Виктор Петрович. Горный инженер 2

...о жизни и быте в Карабаше в те далёкие годы. Зарплата, как уже говорил, была небольшая, за 2000 тысячи рублей мало кто зарабатывал. Это среднемесячная зарплата подземных рабочих основных профессий. На поверхности квалифицированный рабочий шахты получал в среднем 900 - 1000 рублей в месяц. Медики, учителя получали меньше 1000 рублей. Про металлургов я не говорю, я не знал, сколько они зарабатывали. Население города по меркам того времени можно было разделить на три основных категории.

Первая. Это семьи, живущие в собственных индивидуальных домах, имеющие приусадебные участки, в виде огорода соток десять - пятнадцать, содержащие домашний скот. Эта категория составляла процентов сорок населения. В семье, как правило, работал, глава семьи, хозяйка занималась домашним хозяйством, воспитывала детей. Дети по мере их подрастания тоже включались в домашнюю работу. Отец в летний период брал отпуск, чтобы заняться заготовкой на зиму сена, дров. В этих важнейших делах принимали участие все трудоспособные члены семьи.

Основная часть продовольственной корзины была представлена продукцией со своего личного подсобного хозяйства, а также дикорастущих (грибы, ягоды). В магазине покупали хлеб, крупы, сахар, иногда рыбу. Спиртное в магазине покупали редко. В основном варили брагу. Самогоном не занимались, не помню, запрещали его или нет, но всё равно для его производства не было времени. Закуска была по минимуму, чаще всего делали тазик винегрета, реже и, как правило, в зимнее время делали пельмени. Подавляющее большинство этой категории населения составляли семьи рабочих, небольшой прослойкой входили представители инженерно - технического персонала уровнем до начальника участка, механика. В качестве вторых членов некоторых семей были учителя, медработники.

Следующая категория населения - это рабочие и младший инженерно-технический персонал, а также медработники, учителя, служащие. В основном это были или одинокие или малосемейные. В этой группе было больше молодёжи. Эти люди проживали в общежитиях и в казенных квартирах. Дома были в большинстве деревянные с печным отоплением, без благоустройства. Были и барачного типа. В таком двухэтажном доме жили и мы с матерью и сестрой, потом, когда она вернулась из заключения, я остался у отца, а сестра стала жить с матерью тоже вот в таком жилье. Это была одна комната. Мать работала в шахте. Значительная часть этой категории населения формировалась за счет прибывавших по оргнабору, демобилизованных из армии и просто молодых людей не желавших жить с родителями. Были и такие, понятно, что причины могли быть разные, и не всегда были правы только родители. Это была самая активная часть населения, люмпен-пролетариат, которых не тяготило домашнее хозяйство, и чувствовали они себя более раскованно, несмотря на то, что материальное положение у них было не лучше чем у других групп населения.

Третья группа ; это «белые люди». Средний и старший инженерно-технический персонал шахт, руководящий состав рудоуправления, врачи, учителя, служащие. В основном они проживали в микрорайоне «Новый городок». Это три улицы двухквартирных коттеджей с надворными постройками, земельным участком. Позднее здесь же построили благоустроенное общежитие, где проживали одинокие и малосемейные ИТР и служащие. Был детский сад, магазины. Дома были без благоустройства, за исключением летнего водопровода, отопление было печное.

Характерно, что подавляющее большинство жён не работало, были исключения только среди молодых семей. Дело в том, что бытовали ещё традиции с дореволюционных времен, когда жёны горных инженеров не работали, работать жёнам считалось дурным тоном и отражалось на репутации мужа. Но постепенно от этих традиций стали отходить. Ещё характерно то, что, проживая в индивидуальных домах, никто не держал никакой живности, за исключением кур, и то больше для экзотики. Это видимо тоже дань традиции. Я считаю, что они поступали правильно. Хозяйка дома больше внимания уделяла семье. Их дети то учились лучше нас, детей рабочих, были лучше одеты, ухожены, воспитаны. Валя Спиридонова, Юра Самохвалов, Жорка Сергеев, я с ними в одном классе учился. У них успеваемость была куда выше. Но надо отдать им должное - они не зазнавались. Конечно, их превосходство видно было, и в одежде и в интеллекте, да и вели они себя культурней, раскованней. Это вот как раз результат воспитания детей и статуса родителей. Ну что поделаешь: «Jedem das seine».

Нам оставалось только подтягиваться за ними. Я могу считать, что подтянулся до их уровня- закончил тот же институт, что Юра и Валя, только позднее, ведь я еще и родину защищал в отличие от них. Юрка и Жорка, после десятилетки сразу пошли в институт, а я отстал от них на четыре года. Хотя техникум тоже что-то значил. А вот Валя сначала тоже пошла в техникум, она закончила Асбестовский горный на обогатителя. А вобщем то неприязни и зависти не было. Не было такого расслоения, как в нынешнее время. Не было олигархов, рэкетиров, жуликов такого масштаба, как в постсоветской России. В магазине все стояли в одной очереди, что жена начальника участка, что жена горнорабочего. Конечно, материальное положение начальника было выше, чем рабочего, но как-то это не выпячивалось. Начальник ведь тоже в шахте работал, отвечал и за план и за людей.

Руководящий состав носил форменную одежду со знаками отличия. Красивая форма, темно-синего цвета с петлицами, на рукавах шевроны, брюки с окантовкой, фуражка. Директор рудоуправления имел звание: Горный директор первого ранга, три большие звезды в петлицах. Форма тоже сыграла положительную роль в моём выборе профессии. Очень жалели, что форму отменили в 1956 году. Сейчас конечно время не то, форма себя изжила, но в то время она была к месту.

Общественного транспорта в середине пятидесятых в городе не было, передвигались пешком. Не было и служебного транспорта. У директора рудоуправления была лошадка с повозкой, не знаю, как она называлась, дрожки что-ли. В ходу были мотоциклы. Их было несколько марок: «Ковровец», по простонародному «Козлик», наиболее престижный – ИЖ-49, он пользовался наибольшим спросом. Позднее стали появляться мотоциклы с коляской. Были и трофейные, помню «БМВ», у него был такой характерный выхлоп, но самое главное - карданная передача, на советских мотоциклах тогда были только цепные передачи. Для Карабаша мотоцикл был универсальным видом транспорта, на работу, на сенокос, на рыбалку, в соседний город.

Стали появляться автомобили в личном пользовании. Одним из первых купил ЗИМ начальник шахты «Центральная» Брагин Михаил Дмитриевич. Машина крутая, даже по нынешним меркам, производства автозавода имени Молотова в городе Горький, нынешний Нижний Новгород. Ну, это вообще было невиданное событие. Стоила она сорок тысяч рублей, сумма невообразимая. Стали появляться Победы, Москвичи - 401.

Обе машины по тем временам были очень хорошие по всем параметрам, особенно «Победа». Распределяли автомобили по разнарядке лучшим работникам шахт. Так ведь не сразу желающих находили. Зачастую говорили: «Ну, зачем мне машина, на ней ни на рыбалку, ни на покос не проедешь, дайте мне лучше ИЖа. Был еще автомобиль М-72 - это Победа на высокой подвеске, её охотнее брали.

Общественный транспорт начал функционировать в городе в 1956 году, были автобусы марки ЗИЛ. В соседний город Кыштым можно было попасть по узкоколейке, один раз в сутки ходил поезд «Кыштым - Карабаш», к составу с рудой прицепляли пассажирский вагон. Мы пацаны ездили в грузовых вагонах, которые перевозили черновую медь на Кыштымский медеэлектролитный завод. В Миасс ходило грузовое такси, это тентованная грузовая машина с лавками в кузове. Сорок восемь километров по грунтовой дороге - удовольствие небольшое. Но и ездили редко, так уж если к родственникам.

Рабочим подземных профессий, непосредственно связанных с добычей, погрузкой и транспортировкой руды, давали талоны на питание. Когда мы еще жили с сестрой у матери в Карабаше, она иногда водила нас в столовую, и мы обедали по этим талонам. Была такая столовая номер пять, единственная на Северном руднике. Помню такой случай, мне было лет пять, наверное. Пришли в столовую. Тогда самообслуживания не было, были официантки. Сели есть, принесли суп, еще что-то на второе, компот и черный хлеб, по куску.

За соседним столом сидел мужчина, у него было подобное меню, но хлеб белый, кусок с обрезанной коркой, вобщем только мякиш. Мы с Валей увидели белый хлеб первый раз в жизни, но она была очень маленькая и вряд ли различала, какой хлеб. А я начал капризничать: «Хочу белый хлеб, хочу белый хлеб!». Мать стала меня успокаивать, потом ругаться, а я всё хнычу. Мужчина некоторое время наблюдал эту сцену, потом видимо терпение кончилось, подошёл к нашему столу, отдал белый хлеб, взял мой кусок черного и продолжил обед. Вот это я запомнил на всю жизнь. Когда вспоминаю этот случай, мне становится стыдно за своё нетактичное поведение, а также испытываю чувство благодарности и восхищения к этому дяде.

Учебный процесс начался своим чередом, это был у нас четвертый-последний год учёбы, но по традиции нас отправили на сельхозработы, на уборку картофеля. Работали в селе Ступино Миасского района. Коренные учащиеся Миасского техникума отличались от нас. Мы выглядели провинциалами по сравнению с ними. Сам город Миасс был, конечно, более высокого статуса, чем Карабаш. Был там большой автомобильный завод, строился Машгородок

Техникум находился тоже в северной части города, неофициальное название «Новый Миасс», в отличие от «Старого Миасса». Центральной улицей был Проспект Сталина, переименованный вскоре в Проспект Автозаводцев. Кинотеатр, магазины, стадион, кафе, столовые, баня, всё это было в шаговой доступности. После Карабаша - ну просто рай.

здесь я первый раз увидел телевизор. Стоял телевизор в кабинете Казакова - заведующего горным отделением техникума. А также в общежитии на каждом этаже в холлах телевизоры стояли. Экраны маленькие. Столько набивалось народу в этот холл, чтобы посмотреть передачи, сзади на стульях стояли, а спереди лежали на полу. Помню, показывали передачу про Есенина, артист читал его стихи. Впервые узнал, что был такой поэт. Иногда в техникуме были танцы. Был хороший зал с паркетным полом. Коренные студенты, аборигены то есть, отличались от нас провинциалов и по одежде и по манере поведения.

В 1957 году в Москве прошёл Всемирный фестиваль молодежи и студентов, открывший для народа СССР форточку в мир. Появилась новая музыка, песни, танцы, одежда, прически, манера поведения. Зауженные брюки - дудочки, прически типа «кок», пиджаки свободного покроя с широкими плечами, ну и туфли на толстой подошве. Эти новшества старались демонстрировать по мере возможности аборигены техникума. Ну и танцы конечно, твист, шейк, рок-энд ролл. Мы провинциалы с некоторой робостью наблюдали за всем этим авангардом, особого рвения внедрять это - я такой тенденции не замечал. Конечно, никакого отторжения в наших душах не было, даже некоторая зависть была. В публичных местах, особенно на танцплощадках, дежурили комсомольские патрули, которые проводили беседы с наиболее рьяными поборниками зарубежной моды, записывали фамилии, и в некоторых случаях сообщали по месту учебы или работы. Скажу сразу - пьяных на танцах не было, мало, кому хотелось иметь крупные неприятности.

Вообще в техникуме дисциплина была строгая, и вылететь с выпускного курса никому не хотелось. Нас недорослей также контролировали наши старшие товарищи по группе. Запрещали выпивать, сами же позволяли иногда расслабиться. Одним махом они отучили меня курить. Дело в том, что курение в техникуме не запрещалось независимо от возраста. Я и в школе помаленьку покуривал, но дело не в том, что хотелось курить, а просто хотелось скорее показать себя взрослым. Отец подозревал, что я прикуривал, но ему некогда было следить за моим моральным обликом. Класса с пятого начал баловаться. Сначала курили самосад, который был на чердаке у соседа и сверстника Вовки Глухова, потом стали окурки собирать. Особенно их было много у административного здания шахты.

Ну и наконец при появлении собственных денег стали покупать папиросы и сигареты. Папиросы: «Спорт», «Ракета», «Бокс» - самые дешевые, подороже: «Норд», Беломорканал», «Казбек», Сигареты: «Прима», «Памир». Не брезговали и махоркой. Как же можно устоять учащемуся техникума в возрасте 14-ти лет, от соблазна встретиться на улице с папиросой во рту с бывшими школьными учителями! Они, конечно возмущались, грозились пожаловаться директору техникума. Но на эту тему в техникуме разговоров не было. Так вот, когда в Миассе учились, жили в общежитии, старшие ребята решили запретить, мне курить. Заходят вечером в комнату: Боря Ситёв и Лёша Лытарь, и говорят мне: «Ты что-то парень плохо растёшь, скоро техникум закончишь, а как работать то будешь такой хилый, ты вроде ещё и куришь?» - Да, отвечаю, курю... «Так вот, с сегодняшнего дня мы запрещаем тебе курить. У тебя есть курево?», - Да есть, отвечаю. «Сдай нам!» У меня было несколько пачек папирос «Норд», я все им отдал.

С тех пор не курю, уже больше пятидесяти лет. И никакой агитации и пропаганды здорового образа жизни не нужно было. Просто я уважал и немного боялся наших армейцев. Недалеко от техникума была баня, тоже новой постройки, каждую неделю ходили в неё, хотя в общежитии был душ. После бани заходили в столовую, заказывали окрошку и пиво. Всё было вкусно, и окрошка и пиво.

В Миассе я заметно подтянулся в учёбе. И предметы уже изучались в основном по специальности, общеобразовательные закончились на третьем курсе. После первого семестра предстояла преддипломная практика. Я в составе группы из трёх человек должен был ехать в город Пласт Челябинской области на Кочкарский горно-обогатительный комбинат.

Определили нас с коллегой на шахту имени Фрунзе, подземными электрослесарями на рабочие должности, то есть с выплатой зарплаты. Значительную часть времени мы работали дежурными по зарядке батарей для электровозов. Работали посменно. Ну и также работали и дежурными электрослесарями, и ремонтными работами занимались в выходные дни. обычная работа под землей.

Довольно редкое явление, когда добыча золота осуществляется подземным способом. Обычно разрабатываются россыпные месторождения. А подземным способом тогда добывали золото два рудника: Березовский рудник, в окрестностях Екатеринбурга и Кочкарский ГОК (ныне «Южуралзолото»). В Пласте было несколько шахт, добыча золота велась с 19 го века. Шахты были очень старые, с деревянными копрами. Выработки малого сечения, не были рассчитаны на применение механизации. До 30-х годов прошлого века здесь была иностранная концессия, говорили, что англо-американская, точно не знаю. Концессионеры не старались внедрять передовую технологию на горных работах, им это было невыгодно, да и они не рассчитывали на длительное сотрудничество с советскими властями.

Когда иностранцы ушли, стали предпринимать усилия по внедрению механизации. Но обычные серийные машины не вмещались в габариты старых выработок. Вот я, ростом 176 сантиметров задевал головой за кровлю откаточной выработки. Стали принимать нестандартные решения. Так, на главных откаточных выработках применили аккумуляторные маломощные электровозы, имевшие небольшие габариты. При этом возникла необходимость ежесменной смены аккумуляторных батарей и, соответственно подзарядки их. Вот я и работал в зарядной станции. Следил за уровнем электролита в аккумуляторах, вел журнал, помогал менять батареи машинистам электровоза.

Аккумуляторные электровозы обычно применяются в угольных шахтах, опасных по газу и пыли, где нельзя применять контактные электровозы из-за опасности взрыва смеси угольной пыли и метана из-за искрения при соприкасании токоприёмника электровоза с контактным проводом сети. А тут совсем другая ситуация - малые габариты выработок, никакой контактный электровоз не помещается. Но работа моя хоть и не тяжелая, но вредная. В процессе зарядки выделяется газ. Соответственно следил за вентиляцией. За вредность давали молоко. Перед спуском в шахту была раздача молока, наливали по пол-литровой кружке кому положено, хочешь, пей, хочешь ни пей, всё равно отметят, что выпил. Молоко было вкусное, деревенское.

Я работал на шахте имени Фрунзе, это была самая большая и наиболее современная шахта из всех других на руднике. Много было иностранного оборудования; подъемные, компрессорные, водоотливные, вентиляторные установки. Сейчас задумаешься и приходит в голову мысль, что в нашей стране в те времена, то есть в довоенный и послевоенный период выпускались в основном танки и самолёты, а в промышленности использовалось оборудование, закупленное ещё до войны, оставшееся после концессий, или вывезенное из побежденных стран.
***
после техникума: В геолого-разведочной партии...назначили меня старшим дизелистом по седьмому разряду рабочей сетки. Дело в том, что электропитание буровых установок осуществлялось от передвижных дизельных электростанций мощностью 100 киловатт (ПЭС-100). Приводом генератора являлся танковый дизель. В техникуме двигатели внутреннего сгорания вообще не изучали, нас готовили для подземных работ. Так что дизеля я в глаза не видел. Ну что делать, обратно не поедешь, взял литературу, стал изучать. А пока буровые работы не развернулись, работал электриком, монтировал проводку в строящихся домах. С когтями лазил по столбам, тянул воздушные линии.

...встретили меня приветливо, посочувствовали, что я вот такой молодой, неопытный прибыл к черту на кулички. Устроили встречу. В сельмаге водку почему-то не продавали. Наверное, потому, что её невыгодно было завозить в такую глушь.

Продавали спирт заводского изготовления, разлитый в бутылки с этикеткой, в общем, в таком же формате как водка. Стоила такая поллитруха 58 рублей дореформенных денег. Человекам четырем напиться с одной бутылки было можно. Мою встречу отмечали этим спиртом. Налили мне. Я его раньше не пил. Налили полкружки спирта и полковша воды. Вот, говорят, выпей спирт, затем не выдыхай и сразу пей воду. Я начал пить спирт, поперхнулся, закашлялся, потом выпил всё-таки и воду. Вскоре отключился, проснулся утром, голова побаливает. Выпил холодной воды, и вскоре снова опьянел. Хорошо так стало. Вот так я сдавал экзамен на право вхождения в коллектив Кулиндинской ГРП.

Поселок геологов, где мы жили, назывался Малая Кулинда. Наша ГРП занималась детальной разведкой танталовых руд. По химическим свойствам тантал – это аналог ниобия. Применяется в приборостроении, из него также изготавливают теплообменники для ядерных энергетических систем. Важнейшим минералом содержащим «Та» является танталит. Так вот, мы и искали руду, содержащую танталит. Осуществлялась разведка методом колонкового бурения и проходкой разведочных штолен, канав, шурфов. В то время развивалась атомная промышленность и потребность в тантале и ниобии возрастала.

Приоритетом была работа. Работа довольно сложная, но творческая, с определенной долей романтики. Нужно было выполнять программу геологоразведочных работ, которая заключалась в метрах скважин колонкового бурения, метрах разведочных горных выработок, кубометрах разведочных канав, шурфов. И конечно - камеральная обработка; топосъемки, карты, разрезы, планы, документирование керна и т.д. Электроснабжение осуществлялось от дизеля - генераторных установок, как буровых, так и поселка. Всё это повисло на мне. Ноша довольно тяжелая, учитывая, что еще приходилось прокладывать кабели или тянуть воздушные линии к буровым. От одной ПЭС-100 запитывалось три буровых. Из-за недостатка сменных дизелистов приходилось часто выходить на дежурство по сменам.

В общем, нагрузили по полной программе. Уставал страшно, потом втянулся, но всё равно было трудно. Несколько раз ездил за запчастями на танкоремонтный завод под Читой, на станцию Атамановка. Захожу, этакий пацан к начальнику завода. Сидит вальяжный полковник. Смотрит на меня как ястреб на цыпленка. Но, в общем – то всё что просил, как правило, получал. Не бесплатно конечно. Но суть взаиморасчетов не знал. Конечно, всё было законно. По-другому в то время было нельзя. Освоил передвижную компрессорную установку австрийского производства. Очень хорошая машина, надежная. Документация на немецком языке, пришлось напрягаться. Установка использовалась на проходке разведочной штольни.

...несмотря на то, что мы были у черта на куличках, зарплату нам платили не ахти какую высокую. Выезжали за счет надбавок, которые составляли 90 процентов от основного заработка. Это районный коэффициент, отдалённые, полевые, редкометальные. Самой высокооплачиваемой категорией были буровики и проходчики, они получали рублей 300 со всеми накрутками. У меня зарплата была рублей 160. Невысокая надо сказать, но хватало. Разгульной жизни не вели. Всё-таки мы были не рядовые трудящиеся, а ИТР, а это накладывало определённые моральные обязательства, что в те далекие времена имело определенное значение. Поселок небольшой, все знали, кто, чем и как дышит. По выходным в клубе были танцы под проигрыватель. Иногда у себя в хате собирались, выпьем понемногу, и песни под гитару

В зоне действия нашей партии в летний период работала мерзлотная экспедиция из Москвы. В суть работы её мы не вдавались, проводились какие-то исследования. Видно было, что сотрудники были люди продвинутые, из столицы как-никак. Так вот, от них я узнал впервые о романе «Доктор Живаго». Сидит парень в поле, читает книгу на иностранном языке. Подошел, посмотрел заголовок: Boris Pasternak. Doctor Zhivago. Рассказал мне парень коротко, что к чему. Я о таком писателе и не слышал. Где нам из деревни. Сказал, чтобы я не болтал, роман в СССР запрещен, издан за границей в 1957 году. За его чтение можно было загреметь в ещё более мерзлую часть страны.
***
...в Забайкалье продукты и промтовары были. И ассортимент значительно разнообразнее, чем допустим на Урале. За другие места говорить не буду, просто не бывал. Может быть, отдаленные районы снабжали по другой, более высокой категории, чтобы привлечь людей. Ну и раскупали, видимо не всё, потому что народу там проживало меньше, чем в местах расположенных ближе к центру. Значительную долю ассортимента составляли китайские товары. Из продовольственных это свиная тушенка «Великая стена». Жиру, правда, в ней было много. Яблоки, в ящиках, каждое упаковано в бумагу. Порченых не было. Пиво китайское, правда, нам оно не нравилось, резкое, с острым запахом.

Одежда, в основном кофточки, джемпера, нижнее белье с фирменным знаком «Два кольца», олицетворение китайско - советской дружбы, рубашки. Парфюмерия, мыло паста, термосы, посуда всякая. Качество китайских товаров тогда было лучше, чем нынешний их ширпотреб на рынках. По всей вероятности потому, что в то время производство и торговля были госмонополией, челночной торговли не было. Я ни коим образом не критикую нынешнюю ситуацию. Она меня устраивает. Товаров много, сравнительно невысокие цены.

А насчет качества, смотри сам что покупаешь. Ассортимент отечественных товаров был небольшой. Правда лежали на прилавках деликатесы – консервы «Крабы». Почему-то в то время их мало покупали. Из напитков, как я уже говорил, в основном спирт. Был значительный выбор коньяков всех звезд, а также «КВ», «КВК», «КВВК». Из вин традиционные портвейны, наливки разные, настойки. Однажды в наш магазин завезли несколько ящиков «Особой Московской», изготовленной на экспорт. И внешнее оформление, и вкус существенно отличались от обычной водки этой марки. Погуляли хорошо.
***
В армии, Школа младших авиаспециалистов. Особенно неприятным и тяжелым был наряд на кухню. Это сутки практически не спать. Чистить картошку, или мыть посуду, в кочегарку истопником, или мыть пол в столовой. В общем, спектр большой, но выбирать не дают, куда назначат. Короче нужно обеспечить питание 600 человек в течение суток. Очень тяжелая и ответственная задача. Преимущество одно, наешься до отвалу. Повара постоянные. Это в основном солдаты, окончившие школу поваров. Готовили неплохо. Особенно нравились макароны по-флотски. Больше как в армии я нигде их не ел, по крайней мере, так вкусно приготовленных. Но это не компенсировало физические и моральные издержки за время наряда.

Самый тяжелый наряд - дежурный по кухне. Но это для сержантского состава. Я ходил несколько раз, не в школе, а уже в части. Заступаешь на сутки. Полностью отвечаешь за весь процесс приготовления пищи и питания всего гарнизона, кроме офицеров. Нужно сутки кормить около тысячи человек, иногда и больше. Попробуй, проморгай что-нибудь? А если не хватит пищи? В общем, сутки не спать, следить за всем и всеми, и руководить, конечно. Особенно за раздачей пищи. Котлы большие, по 500 литров. Было подсчитано, сколько нужно за 3 года съесть каши, хлеба, метров селёдки, выпить чаю.

В шутку конечно - подтрунивали над новичками. Перед раздачей пищи дежурный по части с военврачом снимали пробу пищи. Доктор бросал в котел таблетки. Говорили, что это витамины. Но солдатская молва утверждала, что это средство для снижения половой активности. Вспоминается по этому поводу старый солдатский анекдот. Встретились два ветерана. Разговорились, о былом. «Как здоровье Кузьмич? Да, в общем - то нормально. Только вот какая штука! Какая? А помнишь, когда мы вошли в Польшу, нам таблетки давали, чтобы к полячкам не бегали? Помню, ну и что? Как что, действовать начали!».

Наряд в караул легче. Это с заряженным оружием нужно охранять учебный аэродром или склады, штаб или другие объекты. Заступали в наряд на сутки. Жутковато было ночью, особенно в первый раз. Охраняешь аэродром, с карабином ходишь туда-сюда. Темно. Шорохи разные, крики птиц незнакомых. Итак, два часа. Потом происходит смена караула. Это определенная церемония. Всё по уставу караульной службы. После смены приходишь в караульное помещение. Два часа бодрствование, то есть можно лежать на топчане в одежде и в сапогах, но не спать. Через два часа можно спать два часа, не раздеваясь, можно снять сапоги. Через два часа снова на пост. Второй важный пост был - это охрана секретного помещения штаба части. Стоишь в коридоре с заряженным оружием. Практически неподвижно.

На тумбочке горит керосиновая лампа. Ночью в штабе свет отключали в целях пожарной безопасности. Через два часа приходит смена. Этот пост был самый тяжелый. За время учебы, раза три не больше пришлось сходить. Был еще наряд дневальным по роте. Это круглосуточное дежурство по казарме, в общем - то тоже охрана, только вместо карабина штык - нож. Уборка казармы тоже наряд. Заправка кровати - то целая наука, которую не сразу освоишь. Подъем в 6 утра. Нужно одеться за 45 секунд, в качестве индикатора была спичка, которую зажигал сержант - старшина роты. За время, пока она не догорит, нужно встать с кровати, одеться и встать в строй. Если кто не успевал, процесс повторяли для всей роты (200) человек. Затем выходили на плац на зарядку. В теплое время года голыми по пояс, осенью и зимой в гимнастерке без ремня. Иногда зарядку делали под музыку. В школе был оркестр, состоявший из сверхсрочников.

Строем ходили в столовую. Столы на 10 человек. Утром после завтрака – утренний осмотр, выстраивали роту и проверяли состояние каждого солдата, как одет, прическа, обувь и т.д. Проверяли кто-нибудь из ротных офицеров, командир, замполит, в редких случаях командир взвода или старшина роты. Каждый день было два часа строевой подготовки. На плацу отрабатывали шаг, выправку, отдание чести и т.д. Раза два в месяц проводился строевой смотр, выстраивали на плацу весь личный состав школы. Командование осматривало каждое подразделение. Заключительным действием было торжественное прохождение строем, как на параде. Командование на трибуне, смотрели, какое подразделение лучше пройдет, строевым шагом. Раз в неделю - физподготовка: бег, прыжки, упражнение на перекладине, на брусьях. Каждую пятницу проводились физанятия с офицерским составом, вплоть до подполковников. И никаких скидок для них не было. Надо признать, что нас не очень докучали строевой подготовкой и спортом, главным было другое. Мы должны были овладевать своей специальностью. Политзанятия тоже один раз в неделю. Проводил замполит роты.

Мы сдали выпускные экзамены, получили свидетельства об окончании школы по специальности: «механик по авиационному вооружению самолетов-истребителей». Распределение было по всей стране, и в Среднюю Азию, и на Урал и т.д. Но окончивших школу по первому разряду, то есть на отлично - оставили в Дальневосточном военном округе, в это число входил и я. попал в ДАРМ (Дивизионная авиаремонтная мастерская). Она входила в состав управления дивизии. Полное наименование дивизии: 153-я Порт-Артурская авиационная истребительная дивизия. Но в обиходе её называли просто Чугуевская дивизия.

Под ремонтом подразумевалась замена деталей, узлов, агрегатов, неисправных или отслуживших срок эксплуатации, тестирование, регулировка, наладка. В общем, сразу скажу - работа сложная и ответственная. Особенно ответственной и небезопасной была система катапультирования. Она должна быть всегда в состоянии готовности. Приходилось разряжать и заряжать катапульту. Боялся очень, особенно в начале. От самолета удаляли всех на приличное расстояние. Там разные чеки, стопоры, рычаги. Ни командира, ни наставника, ни подчиненного. Один. Слава богу, обходилось. Говорили, что случаи были, подрывались люди, даже офицеры. Во время моей службы ни в одной из частей округа не было слышно про такое. Самой сложной, однако, была система авиационного прицела. Здесь и оптика, и электроника. На специальном стенде производилась регулировка и наладка (юстировка) прицела.

Работали на МиГ-15, МиГ-15 бис, УТИ МиГ-15, МиГ-17, Як-25. После ремонта пулеметно-пушечного вооружения проводилась пристрелка оружия в тире. Это специальное сооружение, куда самолет буксировался и устанавливался. Выстрелы производились бронебойными снарядами, чтобы не было разлета осколков, если применять другие снаряды. Приходилось стрелять, это производится из кабины самолёта. Нажимаешь на кнопку огня, что находится на штурвале управления самолетом. Это не штурвал в прямом смысле слова, а прямая рукоять, если сравнивать примитивно, как рукоять стояночного тормоза автомобиля. Только у самолёта она больше.

При казарме была ленинская комната, аналог гражданскому красному уголку. Там проводились беседы, политинформации. Это делали, как правило, наш замполит и политработники дивизии. Слушали радио. Телевидения в Чугуевке не было. Чтобы слушать передачи в более расширенном диапазоне, мы, воины ДАРМа сбросились и купили приемник «Москвич», он был с короткими волнами. Но надо сказать, что это не сильно улучшило наш досуг. Москву, и вообще центральную Россию, и Урал приемник не брал.

Кроме региональных радиостанций (Владик, Хабаровск, Чита и т.д.), ловили Китай, Японию, Тихоокеанское побережье США, Канады. Но незнание языка делало это все ненужным. Была привычка у служащих второго, третьего годов после отбоя собираться в ленкомнате и поговорить обо всём, как правило, о дальнейшей жизни после демобилизации. Сидели иногда в нижнем белье. Вот однажды сидим, балагурим, крутим наш Москвич. Вдруг, нашли станцию, где четко, без помех на русском языке: «Говорит Байкал». Ну, думаем, наверное, Иркутск или Улан-Удэ поймали. Вслушались, поняли, что это иностранная радиостанция. Интересно, продолжаем слушать.

Неожиданно раскрывается дверь, заходит дежурный по части, подполковник с управления дивизии. «Кто вам разрешил слушать зарубежные радиостанции!? Кто старший?» Старшим назвался сержант Бородич, из Белоруссии,1958 года призыва Мы начали объяснять, что мы не знали, что это зарубежная станция, Байкал же называется. Так вот, сказал подполковник, Байкал - это американская радиостанция, расположена на Окинаве, вещает на советский Дальний Восток. Там же расположена американская военная база. Про базу мы слышали, но откуда же нам было знать про радиостанцию? Переписали фамилии, выяснили происхождение приемника. Сказано было, что так просто это вам не сойдет. И не сошло.

Утром, несмотря на воскресенье, нас, всех участников посиделок вызвали к начальнику политотдела дивизии, полковнику Тищенко. Интересно было наблюдать эту процессию. Впереди идет Бородич с приемником в руках, остальные за ним. Зашли в кабинет к полковнику, тучный такой хохол. Сын у него непутевый был, исключили его из института. Началось разбирательство. В то, что мы случайно наткнулись на вражеский голос, вроде бы поверили. Вопрос второй, где взяли приемник с короткими волнами? Сбросились, купили. Зачем? А что бы Москву слушать. Мы же не знали, что она не будет ловиться. Стали выяснять у каждого, кто родители, есть ли родственники за границей. Сказали, что приемник заберут. Мы начали возражать, что мы его купили за свои кровные солдатские деньги. В конце концов, кончилось тем, что к нам никаких репрессивных мер не применили. Обрезали короткие волны и вернули нам наш вестник свободы. Наверное, благодаря хрущевской оттепели.

Выборы в то время отличались от нынешних, тем более в армии они имели свою специфику. Никаких черных технологий, никакого PRа тогда не было. Кандидат был один, и ему не с кем было бороться. Помню, по нашему округу кандидатом в Верховный совет РСФСР был некто Мигашко, бригадир полеводческой бригады соеводческого совхоза. Приезжал, выступал. Дружно, весь военный городок за него проголосовал. Если бы был не Мигашко, а другой, тоже бы за него проголосовали единогласно. Среди воинских подразделений было соревнование, кто первый проголосует. Так вот, вставали в шесть утра, шли строем на избирательный участок, а там уже очередь из таких же активистов. Зато потом целый день свободный, ни занятий, ни работы. Но всё равно за пределы городка никуда не уйдешь. В день выборов увольнение отменялось. Во время выборов на избирательном участке находился представитель политотдела корпуса из Владивостока. Он требовал стопроцентного голосования. К вечеру, проголосовали все, и военные и гражданские обитатели городка, не проголосовал один лейтенант из техсостава авиаполка. Искали его долго, нашли уже поздно вечером. Пьяный был у подруги своей. Привезли, заставили проголосовать.

В 1961 году произошла денежная реформа. С первого января начался обмен старых сталинских денег на хрущевские. Нас, солдат привлекали для охраны обменных пунктов. Стояли с оружием у входа в обменник. Новые деньги вызывали разочарование у большинства людей. Во первых деноминация, увеличение стоимости рубля на порядок. Значит, купюр будет меньше. Во вторых купюры были значительно меньше, и более скромно выглядели по сравнению со старыми, выпуска 1939 года. Это действовало психологически на людей. Рассуждали: «Вот раньше я получал получку, пачка в карман не входила, а сейчас что, - на ладони несколько бумажек». В общем денежная реформа не вызвала подъема энтузиазма в обществе.

Flat | Top-Level Comments Only

From:

lj-frank-bot.livejournal.com

ÐÐ´ÑÐ°Ð²ÑÑÐ²ÑÐ¹ÑÐµ!
Ð¡Ð¸ÑÑÐµÐ¼Ð° ÐºÐ°ÑÐµÐ³Ð¾ÑÐ¸Ð·Ð°ÑÐ¸Ð¸ ÐÐ¸Ð²Ð¾Ð³Ð¾ ÐÑÑÐ½Ð°Ð»Ð° Ð¿Ð¾ÑÑÐ¸ÑÐ°Ð»Ð°, ÑÑÐ¾ Ð²Ð°ÑÑ Ð·Ð°Ð¿Ð¸ÑÑ Ð¼Ð¾Ð¶Ð½Ð¾ Ð¾ÑÐ½ÐµÑÑÐ¸ Ðº ÐºÐ°ÑÐµÐ³Ð¾ÑÐ¸ÑÐ¼: ÐÑÐ¼Ð¸Ñ (https://www.livejournal.com/category/armiya/?utm_source=frank_comment), ÐÐ´Ð° (https://www.livejournal.com/category/eda/?utm_source=frank_comment), ÐÐ±ÑÐ°Ð·Ð¾Ð²Ð°Ð½Ð¸Ðµ (https://www.livejournal.com/category/obrazovanie/?utm_source=frank_comment), ÐÐ±ÑÐµÑÑÐ²Ð¾ (https://www.livejournal.com/category/obschestvo/?utm_source=frank_comment).
ÐÑÐ»Ð¸ Ð²Ñ ÑÑÐ¸ÑÐ°ÐµÑÐµ, ÑÑÐ¾ ÑÐ¸ÑÑÐµÐ¼Ð° Ð¾ÑÐ¸Ð±Ð»Ð°ÑÑ â Ð½Ð°Ð¿Ð¸ÑÐ¸ÑÐµ Ð¾Ð± ÑÑÐ¾Ð¼ Ð² Ð¾ÑÐ²ÐµÑÐµ Ð½Ð° ÑÑÐ¾Ñ ÐºÐ¾Ð¼Ð¼ÐµÐ½ÑÐ°ÑÐ¸Ð¹. ÐÐ°ÑÐ° Ð¾Ð±ÑÐ°ÑÐ½Ð°Ñ ÑÐ²ÑÐ·Ñ Ð¿Ð¾Ð¼Ð¾Ð¶ÐµÑ ÑÐ´ÐµÐ»Ð°ÑÑ ÑÐ¸ÑÑÐµÐ¼Ñ ÑÐ¾ÑÐ½ÐµÐµ.
Ð¤ÑÑÐ½Ðº,
ÐºÐ¾Ð¼Ð°Ð½Ð´Ð° ÐÐ.